Действующие лица
- АНАТОЛИЙ ГНЕЗДОВ, шестьдесят восемь лет. Иллюзионист. На афише – «Анатолий Великий».
- ЖАННЕТА, сорок четыре года. Ассистентка.
- ГУСТАВ ШКУРО, пятьдесят пять лет. Директор цирка шапито. По паспорту Геннадий.
- ЗУЛЬФИЯ ТАБАК, пятьдесят один год. Дрессировщица.
- АРМАН ДИАС, двадцать шесть лет. Менталист.
- АДА ШИЛО, сорок лет. Клоунесса, завхоз и кассир.
Голоса униформистов за сценой.
Место действия
Закулисье цирка шапито у форганга. Ковры в рулонах, ящики, пустая клетка, вешалка с блёстками. Среди реквизита – глубокая чёрная шляпа и зеркальный ящик на колёсах. Всё происходит непрерывно: от конца последнего представления и до ночи.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Сцена 1. Забытая минута
Последние удары циркового оркестрика. Аплодисменты ещё держатся под куполом, но уже распадаются на отдельные хлопки. За форгангом кричат торговцы, родители зовут детей, скрипят доски под уходящей публикой.
АДА с не до конца снятым клоунским гримом сидит на толстенной потрёпанной ведомости и считает небольшие предметы, которые униформисты передают ей из-за кулисы.
ГОЛОС УНИФОРМИСТА. Две булавы.
АДА. Было три.
ГОЛОС УНИФОРМИСТА. Третья треснула.
АДА. Треснувшая – тоже булава.
Из-за кулисы появляется третья булава.
АДА. Вот теперь две.
ГОЛОС УНИФОРМИСТА. Почему две?
АДА. Одна треснула и не считается.
Голос хочет ответить, но передумывает. Ада кладёт булавы в разные ящики и ставит две отметки. Входит ЖАННЕТА. Она ещё в сценическом костюме. В руках у неё чёрная шляпа. В другой руке – складной блестящий жезл. Из кармана наполовину выглядывает крупная наклейка; на миг видны слова «ЖАННЕТА представляет». Жаннета машинально убирает её глубже, ставит шляпу на ящик и не снимает улыбки, с которой только что стояла в кулисе. Улыбка уже никому не нужна, но держится профессионально.
АДА. Жаннета.
ЖАННЕТА. Да.
АДА. Что в кармане?
ЖАННЕТА. Моё.
АДА. Жезл сюда.
ЖАННЕТА. Он нужен на выход.
АДА. Выход кончился.
ЖАННЕТА. Мой не начинался.
Она складывает жезл. Ада принимает его, сверяет с ведомостью.
АДА. Без вмятин.
ЖАННЕТА. Я с ним стояла.
АДА. Стоя не мнётся.
Аплодисменты вспыхивают ещё раз – далеко, у выхода: публика увидела кого-то из артистов. Жаннета поворачивает голову на звук и тут же отворачивается.
ЖАННЕТА. Сначала он закончил номер. Потом раскланялся. Потом вернулся и раскланялся ещё раз. Потом показал пустые руки. Потом снова раскланялся.
АДА. Руки пустые.
ЖАННЕТА. Шляпа была у меня.
АДА. Логично.
ЖАННЕТА. Я должна была выйти со шляпой. Одна. До общего поклона.
АДА. Знаю.
ЖАННЕТА. Он ушёл в форганг.
АДА. Вижу.
ЖАННЕТА. Вы не видите. Он уже ушёл.
АДА. Поэтому вижу.
Из-за кулисы выкатывают зеркальный ящик. Следом появляется АНАТОЛИЙ. Он направляет ящик короткими уверенными движениями, не глядя на колёса. Ящик идёт между коврами на ширину ладони, нигде не цепляется. Анатолий останавливает его точно в свободном месте.
АНАТОЛИЙ. Не сюда. В фургон.
Ада уже достала большую инвентарную бирку и приклеивает её к ящику.
АДА. Сюда.
АНАТОЛИЙ. Завтра снова монтировать.
АДА. Ящик не ваш.
АНАТОЛИЙ. Что?
АДА. Ящик мой.
АНАТОЛИЙ. Ада, не начинайте после финала.
АДА. Анатолий, я закончила ещё зимой.
Она дёргает наружную защёлку, затем открывает ящик, просовывает руку внутрь и проверяет внутреннюю.
АДА. Внутренняя защёлка исправна. Проверила.
АНАТОЛИЙ. Она и была исправна.
АДА. Теперь мой ящик точно в порядке.
ЖАННЕТА. Давно он ваш?
АДА. С зимы. Ящиком закрыли мою зарплату.
АНАТОЛИЙ. А долг?
АДА. Долга нет. Ящик есть.
Анатолий смотрит на бирку, затем на Жаннету. Замечает шляпу.
АНАТОЛИЙ. Шляпу забыл. Надо же.
ЖАННЕТА. Вы не шляпу забыли. Вы забыли дать мне мою минуту.
АНАТОЛИЙ. Какую минуту?
ЖАННЕТА. Сольную. Перед поклоном.
АНАТОЛИЙ. Сегодня?
ЖАННЕТА. Сегодня.
АНАТОЛИЙ. Мы же договаривались на субботу.
ЖАННЕТА. Сегодня суббота.
АНАТОЛИЙ. Нет. Вчера была среда.
АДА. Вчера была пятница.
АНАТОЛИЙ. Значит, сдвинули.
ЖАННЕТА. Ничего не сдвигали. Вы пропустили мой выход и сделали третий поклон.
АНАТОЛИЙ. Третий был лишний.
ЖАННЕТА. Минута была моя.
АНАТОЛИЙ. Послушайте, Жанна…
ЖАННЕТА. Я Жаннета.
АНАТОЛИЙ. Завтра всё исправим.
ЖАННЕТА. Завтра я выйду отдельно. С этой шляпой. И объявят меня: Жаннета.
АНАТОЛИЙ. Конечно, Жанна.
ЖАННЕТА. Жаннета. Повторите.
АНАТОЛИЙ. Что?
ЖАННЕТА. Что будет завтра.
АНАТОЛИЙ. Завтра будет переезд.
ЖАННЕТА. После переезда.
АНАТОЛИЙ. Монтаж.
ЖАННЕТА. После монтажа.
АНАТОЛИЙ. Представление.
ЖАННЕТА. И перед поклоном?
АНАТОЛИЙ. Перед поклоном не разговаривают. Там музыка.
Жаннета берёт шляпу.
ЖАННЕТА. Тогда запомните руками. Вы передаёте мне шляпу. Я выхожу одна. Меня объявляют моим именем: Жаннета.
Она вкладывает шляпу ему в руки, отходит на два шага, возвращается и забирает. Показывает ещё раз. Анатолий следит за движением. Потом точно повторяет его с пустыми руками.
АНАТОЛИЙ. Передаю. Вы выходите. Объявляют.
ЖАННЕТА. Как?
АНАТОЛИЙ. Громко.
ЖАННЕТА. Как меня зовут?
АНАТОЛИЙ. Я знаю.
ЖАННЕТА. Скажите.
АНАТОЛИЙ. Не мешайте закрепить движение.
Он ещё раз повторяет передачу. Движение безупречно.
ЗУЛЬФИЯ (за кулисой). Валера! Отдай!
Что-то металлическое катится по полу.
ЗУЛЬФИЯ (за кулисой). Он всё уносит! Валера, ко мне! Ко мне, я сказала!
АДА. Что унёс?
ЗУЛЬФИЯ (за кулисой). Щётку!
АДА. Чью?
ЗУЛЬФИЯ (за кулисой). Теперь свою!
АДА. Тогда не по ведомости.
Анатолий обыскивает нагрудный карман, затем карманы брюк.
АНАТОЛИЙ. Очки не видели?
ЖАННЕТА. На вас нет.
АНАТОЛИЙ. Это я вижу.
Он машинально опускает в шляпу очки, которые всё это время держал в руке вместе с платком. Снова проверяет карманы.
АДА. Только что были.
АНАТОЛИЙ. Я тоже помню, что были. Где были – не помню.
Он запускает руку в шляпу. Вытягивает длинную атласную ленту. Лента идёт два или три метра, стелется по полу. Анатолий смотрит на неё без удивления.
АНАТОЛИЙ. Не очки.
Отдаёт ленту Жаннете.
АНАТОЛИЙ. Если найдёте, положите на ящик.
АДА. На мой.
АНАТОЛИЙ. На этот.
Уходит искать очки. Жаннета сворачивает ленту точными кольцами, затем опускает руку в шляпу и достаёт очки. Кладёт их на крышку зеркального ящика.
АДА. На мой.
ЖАННЕТА. На этот.
Оркестрик за форгангом играет два последних такта марша и обрывается посередине ноты. Становится слышно, как публика уходит.
Темнота не наступает. Работа продолжается.
Сцена 2. Аванс
Входит ГУСТАВ. На нём парадный пиджак директора, но уже без галстука. В руках – папка. Он уступает дорогу двум невидимым униформистам, которые что-то тяжёлое проносят за кулисой.
ГУСТАВ. Осторожнее на повороте! Там зеркало!
АДА. Моё зеркало.
ГУСТАВ. Ада, дорогая, у нас сейчас всё общее.
АДА. Касса общая. Но пустая.
ГУСТАВ. Оставь кассу на минуту.
АДА. Она все равно пустая.
Возвращается Анатолий. Сразу видит очки на ящике, надевает их.
АНАТОЛИЙ. Вот. Я говорил, на ящике.
АДА. Не говорили.
АНАТОЛИЙ. Значит, подумал.
ГУСТАВ. Хорошо, что все здесь.
АДА. Не все.
ГУСТАВ. Кто нужен – здесь.
ЖАННЕТА. Тогда говорите.
Густав раскрывает папку.
ГУСТАВ. Внимание всем, говорит директор. Следующий город оплатил нам выступление вперёд.
АНАТОЛИЙ. Значит, едем.
ГУСТАВ. Не нам, Анатолий. Они оплатили один номер. «Анатолий Великий и Жанна».
ЖАННЕТА. Как?
ГУСТАВ. Я читаю, дорогая. «Анатолий Великий и Жанна». Один номер. Два имени. Оплачено вперёд.
АДА. Оплачен именно этот номер. Не труппа.
ЖАННЕТА. Моего имени там нет.
ГУСТАВ. Там сценическая форма твоего имени.
ЖАННЕТА. Это не моё имя.
АНАТОЛИЙ. Жанна короче. Объявлять удобнее.
ЖАННЕТА. Я не объявляю. Меня объявляют.
ГУСТАВ. Я объявлю правильно.
ЖАННЕТА. Завтра всё уже будет напечатано на афишах.
Густав закрывает папку.
ГУСТАВ. Всё уже напечатано.
АДА. И оплачено.
ГУСТАВ. Именно.
АДА. Четыреста тысяч.
АНАТОЛИЙ. Много.
АДА. Было.
ГУСТАВ. Ада.
АДА. Аванс потрачен. На бензин, корм, аренду и свет. Возвращать нечем.
ГУСТАВ. Мы не собираемся возвращать. Мы туда едем и работаем.
ЖАННЕТА. Я сегодня уже работала. В кулисе вместо манежа.
ГУСТАВ. Завтра ты выйдешь со своим номером.
ЖАННЕТА. Под каким именем?
ГУСТАВ. Под тем, которое купили.
ЖАННЕТА. Тогда выйдет кто-нибудь другой.
ГУСТАВ. Кто?
ЖАННЕТА. Жанна.
ГУСТАВ. Послушай, дорогая. Бумагу не переименуешь. Деньги не вернёшь. Анатолия не заменишь. Это не разговор о справедливости, это отгрузка товара, за который заплатили аванс.
ЖАННЕТА. Я говорю не о справедливости. Я говорю: объявляют Жаннету. Она выходит. Объявляют Жанну – пусть выходит Жанна.
АНАТОЛИЙ. Я могу один.
ЖАННЕТА. Этот номер в одиночку не играется.
АНАТОЛИЙ. В Гомеле я работал один.
ЖАННЕТА. В Гомеле был другой номер.
АНАТОЛИЙ. Ящик тот же.
ЖАННЕТА. В ящике был манекен. Манекен не поворачивает плечо, когда вы рано закрываете среднюю раму.
АНАТОЛИЙ. Я не закрываю рано.
ЖАННЕТА. Сегодня закрыли до того, как я повернула плечо.
АНАТОЛИЙ. Сегодня была пятница.
АДА. Суббота.
ГУСТАВ. Какая разница, что было сегодня? Завтра у нас проданный номер.
АДА. И ящика нет.
Пауза.
ГУСТАВ. Ящик стоит передо мной.
АДА. Утром уедет.
ГУСТАВ. Ящик уедет с нами.
АДА. Нет.
ГУСТАВ. Ада, это ящик для номера «Анатолий Великий».
АДА. Это мой ящик.
ГУСТАВ. Формально.
АДА. Фактически.
ГУСТАВ. Я отдал его тебе зимой, когда не мог заплатить зарплату.
АДА. Заплатил.
ГУСТАВ. Я рассчитывал, что он останется в нашем фургоне.
АДА. Это нигде не записано.
ГУСТАВ. Потому что мы свои люди.
АДА. В ведомости своих нет.
ГУСТАВ. Ты же не выступаешь с зеркальным ящиком.
АДА. Могу хранить в нём картошку.
АНАТОЛИЙ. В зеркальном нельзя. Запотеет.
АДА. Значит, обувь.
ГУСТАВ. Ада, дорогая, зачем тебе ящик иллюзиониста?
АДА. Он мой.
ГУСТАВ. Для тебя он бесполезен.
АДА. Полезен.
Она снимает с ящика очки Анатолия, которые он опять успел положить туда, и отдаёт ему.
АДА. Чужое заберите.
ГУСТАВ. Ты куда-то собралась?
АДА. Утром.
ГУСТАВ. Куда?
АДА. Отсюда.
ГУСТАВ. У нас переезд.
АДА. У вас.
Густав смотрит на ведомость под Адой.
ГУСТАВ. Касса?
АДА. Здесь.
ГУСТАВ. Ведомость?
АДА. Подо мной.
ГУСТАВ. Встань, пожалуйста.
АДА. Зачем?
ГУСТАВ. Хочу посмотреть остаток.
АДА. Я сказала: касса пустая.
ГУСТАВ. Я директор.
АДА. Я сижу.
Он ждёт. Ада не встаёт.
ГУСТАВ. Анатолий, скажите ей.
АНАТОЛИЙ. Что?
ГУСТАВ. Чтобы дала ведомость.
АНАТОЛИЙ. А зачем?
ГУСТАВ. Проверить, можем ли мы вернуть аванс.
АДА. Не можем.
АНАТОЛИЙ. Не можем.
ГУСТАВ. Спасибо.
За форгангом отъезжает машина оркестрика. Несколько весёлых гудков удаляются по дороге.
ЖАННЕТА. Значит, по бумаге без Анатолия ехать нельзя.
ГУСТАВ. Нельзя.
ЖАННЕТА. И без Жанны нельзя.
ГУСТАВ. Нельзя.
ЖАННЕТА. А Жаннеты в бумаге нет.
ГУСТАВ. Ты есть в номере.
ЖАННЕТА. Только в ящике.
ГУСТАВ. Дорогая…
ЖАННЕТА. Так меня тоже не зовут.
Она забирает шляпу и жезл.
ГУСТАВ. Куда ты?
ЖАННЕТА. Снимать костюм. Завтра у меня отдельный выход.
АНАТОЛИЙ. Завтра суббота?
АДА. Вчера была пятница.
Жаннета уходит. Густав делает шаг следом, но останавливается рядом с зеркальным ящиком. Ада стучит пальцем по бирке.
АДА. Ящик не ваш.
ГУСТАВ. Я помню.
АДА. Мой.
Сцена 3. Смотрины
Публики уже почти не слышно. За кулисами начинают снимать скамьи. Дерево трётся о дерево; время от времени раздаётся короткий удар молотка по металлической трубе.
Входит ЗУЛЬФИЯ в ботфортах, с хлыстом дрессировщика. За запястье она ведёт АРМАНА, хотя он идёт охотно. На Армане сценический костюм, слишком аккуратный для закулисья. В одной руке небольшой чемодан. Другой он на ходу поправляет манжету.
ЗУЛЬФИЯ. Сюда. Встань. Не сутулься.
АРМАН. Я не сутулюсь.
ЗУЛЬФИЯ. Уже нет. Густав!
ГУСТАВ. Я здесь, Зульфия.
ЗУЛЬФИЯ. Смотри.
ГУСТАВ. Я смотрю.
ЗУЛЬФИЯ. Не на меня.
ГУСТАВ. Тогда уточняй.
ЗУЛЬФИЯ. Арман Диас. Менталист. Идёт на голос. Зал держит без реквизита.
АРМАН. Добрый вечер.
АДА. Уже нет.
АРМАН. Тогда доброй ночи.
АДА. Ещё рано.
АРМАН. Рад оказаться точно посередине.
ЗУЛЬФИЯ. Не шути. Покажи.
АРМАН. Кому?
ЗУЛЬФИЯ. Всем.
Возвращается Жаннета, уже в рабочем халате поверх сценического трико. Она несёт шляпу. Останавливается, увидев Армана.
ЖАННЕТА. Кто это?
ЗУЛЬФИЯ. Арман.
АРМАН. Арман Диас к вашим услугам.
АНАТОЛИЙ. Диас – имя?
АРМАН. Фамилия.
АНАТОЛИЙ. Хорошая.
АРМАН. Трофейная.
ЖАННЕТА. Вы её завоевали? (Смотрит на Зульфию).
АРМАН. Дед выиграл в карты у заезжего кубинца.
ЗУЛЬФИЯ. Начинай.
АРМАН. Мне нужен человек, который не хочет участвовать.
Все смотрят на Аду.
АДА. Нет.
АРМАН. Прекрасно. Подумайте о предмете, который сегодня прошёл через ваши руки и которого сейчас здесь нет.
АДА. Прошло много. По ведомости.
АРМАН. Выберите один. И не помогайте мне лицом.
АДА. Это моё лицо.
АРМАН. Я заметил.
Он поворачивается к ней спиной. Закрывает глаза, поднимает руки и медленно перебирает пальцами, словно что-то ощупывает.
АРМАН. Предмет мягкий. Нет, не ткань. Он должен быть жёстким, но стал мягким. Им били не человека. По крайней мере, сегодня.
Арман открывает глаза и опускает руки.
АРМАН. Треснувшая булава.
Ада смотрит на два разных ящика.
АДА. Которая?
АРМАН. Вы думали не о той, которую положили к целым. О той, которую записали отдельно.
АДА. Обе записала отдельно.
АРМАН. Вы разрушаете всю магию.
АДА. Это моя должностная обязанность.
ЗУЛЬФИЯ. Это разогрев. Дальше.
АРМАН. Господин Шкуро, можно вас попросить?
ГУСТАВ. Меня разогревать не надо.
АРМАН. Только ответьте «да» или «нет». Ваше имя на афише – Густав.
ГУСТАВ. Да.
АРМАН. Но в первом документе, который вы получили раньше любой афиши, написано другое.
ГУСТАВ. У всех артистов есть документы.
Арман закрывает глаза, поднимает руки и медленно перебирает пальцами, словно что-то ощупывает.
АРМАН. Геннадий.
Пауза. Арман открывает глаза и опускает руки. Ада поднимает взгляд от ведомости. Жаннета смотрит на Зульфию. Зульфия не смотрит ни на кого.
ГУСТАВ. Это можно было узнать.
АРМАН. Можно. Девичью фамилию вашей матери узнать труднее.
Арман снова закрывает глаза и ощупывает пустоту пальцами.
АРМАН. Радченко.
Густав медленно застёгивает пиджак, хотя галстука на нём нет.
ГУСТАВ. Неверно.
ЗУЛЬФИЯ. Верно.
ГУСТАВ. Я сам знаю, что у меня верно.
ЗУЛЬФИЯ. Тогда зачем сказал «неверно»?
ГУСТАВ. Проверял уверенность артиста.
АРМАН. Благодарю. (Раскланивается).
АНАТОЛИЙ. А мою?
АРМАН. Что – вашу?
АНАТОЛИЙ. Матери. Девичью.
Пауза.
АНАТОЛИЙ. Не помню. Извините.
Арман ждёт. Проверить нечем. Анатолий спокойно поправляет положение зеркального ящика: одно колесо стоит на краю ковра. Густав первым возвращается к делу.
ГУСТАВ. Хорошо. Голос есть. Контакт есть. Что ещё?
АРМАН. Я называю задуманные числа, даты, фамилии. Работаю с залом. Мне не нужен реквизит.
АНАТОЛИЙ. А ящик?
АРМАН. У меня нет ящика.
АНАТОЛИЙ. А распил женщины?
АРМАН. Я менталист.
ЗУЛЬФИЯ. Я сказала: без реквизита. Ящика нет. Женщину не пилил. Научится.
АРМАН. Мне не нужно распиливать женщину, чтобы узнать, что у неё внутри.
ГУСТАВ. К утру научится?
ЖАННЕТА. Нет.
ЗУЛЬФИЯ. Почему нет?
ЖАННЕТА. Потому что к утру он научится только закрывать крышку ящика. Это не номер.
ЗУЛЬФИЯ. Ты двадцать лет закрываешься. Покажешь ему один раз.
ЖАННЕТА. Я не закрываюсь. Меня закрывают. И если он повторит то, что увидел один раз, меня потом откроют не с той стороны.
АРМАН. Я бы предпочёл не начинать знакомство с распила здесь присутствующих.
ГУСТАВ. Завтра в райцентре вашу фамилию угадывать не будут. Там хотят женщину пополам.
АРМАН. Тогда, боюсь, я не тот артист.
ЗУЛЬФИЯ. Ты тот. Просто номер другой.
ГУСТАВ. Номер куплен. Название куплено. Значит, поставим человека внутрь названия.
АНАТОЛИЙ. Какого человека?
ГУСТАВ. Молодого.
АНАТОЛИЙ. Куда?
ГУСТАВ. На ваше место, Анатолий. Временно, конечно.
АНАТОЛИЙ. Моё место занято.
АДА. Кем?
АНАТОЛИЙ. Мной.
ЗУЛЬФИЯ. Арман сделает номер под именем Анатолия. Анатолий Великий.
АРМАН. Простите, но нет.
ГУСТАВ. Афиша останется.
ЗУЛЬФИЯ. Лицо новое. Имя раскрученное.
АРМАН. Я выступаю как Арман Диас.
ГУСТАВ. Один вечер.
ЗУЛЬФИЯ. Потом привыкнут.
АРМАН. Я сказал нет.
ГУСТАВ. Анатолий, вы поедете с нами. Поставите номер, проследите. Вы нужны.
АНАТОЛИЙ. В каком качестве?
ГУСТАВ. В своём.
АНАТОЛИЙ. А выступать будет он.
ГУСТАВ. Под вашим именем. Значит, качество ваше.
АНАТОЛИЙ. Имя моё.
ЖАННЕТА. Послушайте сначала Армана.
ЗУЛЬФИЯ. Я его слушаю каждый день.
АРМАН. Зульфия…
ЗУЛЬФИЯ. Место! Понимаешь? Не день рождения с бумажными колпаками. Настоящий цирковой манеж.
АРМАН. Под чужим именем.
ЗУЛЬФИЯ. На чужом корме тоже растут.
АРМАН. Я не пудель.
ЗУЛЬФИЯ. Пудель быстрее понимает команду.
ГУСТАВ. Решено. Утром едем все. По дороге учим. Вечером распиливаем.
АРМАН. Простите, ничего не решено.
АНАТОЛИЙ. Послушайте, Жанна…
ЖАННЕТА. Я Жаннета.
АНАТОЛИЙ. Вы действительно можете его научить?
ЖАННЕТА. Могу научить не убить человека. Для номера этого мало.
ГУСТАВ. Уже достаточно, чтобы начать.
АРМАН. Господин Геннадий Шкуро, я не даю своего согласия.
ГУСТАВ. Геннадия здесь больше нет.
АДА. По паспорту есть.
ГУСТАВ. Аделаида.
АДА. Хорошо, Густав.
ЖАННЕТА. Аделаида?
За сценой скамья срывается с рук и с грохотом падает. Все на мгновение поворачиваются туда, кроме Армана. Он смотрит на Зульфию.
ЗУЛЬФИЯ. Не бойся. Ко мне.
АРМАН. Я не боюсь.
ЗУЛЬФИЯ. Тогда стой.
Она ставит его чемодан рядом с вещами труппы. Арман берёт чемодан и переставляет к своей ноге. Никто, кроме Жаннеты, этого не замечает.
ГУСТАВ. Ада, нужна бумага с согласием. И моя печать.
АДА. Нужна подпись.
ГУСТАВ. Будет.
АНАТОЛИЙ. Чья?
ГУСТАВ. Ваша.
АНАТОЛИЙ. Тогда спросите меня.
ГУСТАВ. Спрашиваю.
АНАТОЛИЙ. Что?
Густав смотрит на него. Анатолий совершенно спокойно ждёт, когда ему наконец зададут понятный вопрос.
Снаружи снова бьют по трубе. На этот раз крепление поддаётся с первого удара.
Сцена 4. Второе имя
Все расходятся выполнять распоряжение, которого никто не принял. Ада уходит с ведомостью, Анатолий с очками в руках за ней. Жаннета уносит шляпу. Арман выходит со своим чемоданом; Зульфия смотрит ему вслед, пока он не скрывается. Остаются Густав и Зульфия.
ГУСТАВ. Он хороший.
ЗУЛЬФИЯ. Лучший.
ГУСТАВ. Откуда знаешь?
ЗУЛЬФИЯ. Я его выбрала.
ГУСТАВ. Это не доказательство.
ЗУЛЬФИЯ. Выведи на манеж – получишь доказательство. Не дёргай поводок раньше выхода.
Густав подбирает с пола обронённый лист из папки.
ГУСТАВ. Радченко.
ЗУЛЬФИЯ. Ну.
ГУСТАВ. Откуда он знает?
ЗУЛЬФИЯ. Угадал.
ГУСТАВ. А Геннадий?
ЗУЛЬФИЯ. Тоже.
ГУСТАВ. Сильный менталист.
ЗУЛЬФИЯ. Видел, как идёт на голос.
ГУСТАВ. Особенно когда ты стоишь рядом.
ЗУЛЬФИЯ. Не стой рядом. Тоже угадает.
Густав смеётся. Зульфия нетерпеливо вынимает у него лист.
ЗУЛЬФИЯ. Какая бумага?
ГУСТАВ. Ада оформит.
ЗУЛЬФИЯ. Где два имени?
ГУСТАВ. Да. Арман будет Анатолием.
ЗУЛЬФИЯ. Арман будет Анатолием. А я буду Жанной.
ГУСТАВ. Ты?
ЗУЛЬФИЯ. Я помещусь.
ГУСТАВ. Куда?
ЗУЛЬФИЯ. В ящик.
ГУСТАВ. Нет.
ЗУЛЬФИЯ. Ассистентку оставим здесь. Арман – со мной.
ГУСТАВ. Ты не знаешь номер.
ЗУЛЬФИЯ. Она покажет.
ГУСТАВ. Она не покажет.
ЗУЛЬФИЯ. Заставь.
ГУСТАВ. Я никого не заставляю. Я же директор. Я просто объясняю обстоятельства.
ЗУЛЬФИЯ. Объясни ей здесь. Мы уедем далеко. Без неё. Со мной. С Арманом.
Пауза.
ГУСТАВ. И каждый вечер тебя будут распиливать?
ЗУЛЬФИЯ. Да.
ГУСТАВ. Напополам?
ЗУЛЬФИЯ. Да.
ГУСТАВ. Или четвертовать?
ЗУЛЬФИЯ. Да.
ГУСТАВ (вздыхает). Нет, дорогая. Для этого я тебя слишком люблю.
ЗУЛЬФИЯ. А её не любишь?
ГУСТАВ. Она знает номер.
ЗУЛЬФИЯ. Я тоже выучу.
ГУСТАВ. Ты укротительница. У тебя звери.
ЗУЛЬФИЯ. Два пуделя, коза и енот Валера. Все влезут в первый фургон.
ГУСТАВ. Валера не влезает. Валера проникает.
ЗУЛЬФИЯ. Тем более.
ГУСТАВ. Зуля, родная, если ты ляжешь в этот ящик, ты можешь в него сыграть. Кто будет тогда держать пуделей, козу, Валеру и Армана?
ЗУЛЬФИЯ. Армана держать не надо.
ГУСТАВ. Я видел. Ты привела его за запястье.
ЗУЛЬФИЯ. Чтобы он не потерялся.
ГУСТАВ. Он не потерялся. Он дважды нашёл свой чемодан.
ЗУЛЬФИЯ. Он привыкнет.
ГУСТАВ. К чему?
ЗУЛЬФИЯ. Ко мне.
ГУСТАВ. Он и так к тебе привык.
ЗУЛЬФИЯ. Тогда поедет.
ГУСТАВ. Под своим именем он нам не нужен.
ЗУЛЬФИЯ. Он нужен мне.
Густав перестаёт улыбаться, закрывает папку и смотрит на Зульфию внимательнее.
ГУСТАВ. Вот оно что.
ЗУЛЬФИЯ. Наконец-то.
ГУСТАВ. Но второй строкой всё равно остаётся Жанна.
ЗУЛЬФИЯ. Ассистентка всегда была для тебя первой строкой.
ГУСТАВ. Я всё время путаю её имя.
ЗУЛЬФИЯ. Зато меня можно называть как угодно.
ГУСТАВ. Нельзя.
ЗУЛЬФИЯ. Можно. Я не откликаюсь на имя. Я откликаюсь, когда я кому-то нужна.
ГУСТАВ. Ассистентка едет. Арман будет распиливать её.
ЗУЛЬФИЯ. Ты её не любишь?
ГУСТАВ. Она знает номер.
Они смотрят друг на друга.
ЗУЛЬФИЯ. Хорошо. Тогда я буду с ним.
ГУСТАВ. Где?
ЗУЛЬФИЯ. Увидишь.
Она уходит вслед за Арманом.
ГУСТАВ. Зуля!
ЗУЛЬФИЯ (из-за кулисы). Ко мне!
ГУСТАВ. Я не Арман!
ЗУЛЬФИЯ (из-за кулисы). Поэтому стой!
Густав остаётся с папкой. За сценой кто-то долго волочит скамью, не попадая в проём.
Сцена 5. Тираж
Входят Жаннета, Анатолий и Арман. Арман несёт пачку афиш, перевязанную шпагатом. Жаннета держит верхнюю за два угла, чтобы не смять. На ней крупно: «АНАТОЛИЙ ВЕЛИКИЙ И ЖАННА».
АРМАН. Я принёс всё, что лежало у двери.
ГУСТАВ. Кто велел взять?
ЖАННЕТА. Я.
ГУСТАВ. Зачем?
ЖАННЕТА. Чтобы ты не рассказывал, что тираж еще в типографии.
ГУСТАВ. Я и не рассказывал.
ЖАННЕТА. Ты собирался.
ГУСТАВ. Весь тираж уже в фургоне. Это пачка для расклейки по дороге.
Входит Зульфия. Сразу подходит к Арману и забирает у него пачку.
ЗУЛЬФИЯ. Тяжело?
АРМАН. Нисколько.
ЗУЛЬФИЯ. Тогда держи.
Бросает пачку ему обратно в руки.
ГУСТАВ. Где Ада?
ЖАННЕТА. С кассой.
ГУСТАВ. То есть на ведомости.
ЖАННЕТА. То есть с кассой.
АНАТОЛИЙ (читает афишу). Хороший шрифт. Издалека читается.
ЖАННЕТА. Имя плохое.
АНАТОЛИЙ. Моё?
ЖАННЕТА. Моё.
АНАТОЛИЙ. Здесь написано «Жанна».
ЖАННЕТА. Здесь написано не моё имя.
ГУСТАВ. Мы это обсудили.
ЖАННЕТА. Нет. Ты отправил Аду оформить бумагу. Теперь я ставлю свое условие.
ГУСТАВ. У тебя нет условий. У тебя есть завтрашнее представление.
ЖАННЕТА. Я еду и работаю номер только в одном случае. Если он называется «Жаннета представляет: Анатолий Великий и Жанна».
Густав машинально поправляет отогнувшийся край её рабочего халата. Жаннета так же машинально снимает блёстку с его рукава. Оба продолжают смотреть друг другу в глаза, словно движения не было. Зульфия всё видит.
Зульфия коротко смеётся.
ЖАННЕТА. Что?
ЗУЛЬФИЯ. Ничего. Представляй дальше.
ЖАННЕТА. Я не тебе ставлю условие.
ЗУЛЬФИЯ. Мне всё равно, как называться. Я могу быть Жанной.
ГУСТАВ. Мы это тоже обсудили, дорогая.
ЗУЛЬФИЯ. Ты обсудил.
АРМАН. Здесь, кажется, обсуждают всех, кроме тех, чьи имена меняют.
Перехватывает пачку афиш другой рукой.
ГУСТАВ. Арман, афиша не про тебя. Можешь поставить на пол.
АРМАН. И это единственное, что меня сейчас радует.
Арман кладет пачку афиш на пол.
ЖАННЕТА. Густав. Название меняется. Перед входом крупно – моё имя. Ты выходишь и объявляешь меня. Я выхожу со шляпой одна. Потом номер с ящиком.
ГУСТАВ. Нет.
ЖАННЕТА. Почему?
ГУСТАВ. Потому что ответ напечатан на афише крупным шрифтом. Весь тираж в фургоне.
ЖАННЕТА. Тогда перепечатайте тираж.
ГУСТАВ. На какие деньги?
ЖАННЕТА. Я деньги не считаю. Спросите Аду.
ГУСТАВ. Касса у Ады, она пустая. Аванс – четыреста тысяч – потрачен. Вернуть его нечем, печатать новый тираж не на что, менять проданное название нельзя.
ЖАННЕТА. Тогда я не еду.
ГУСТАВ. Едешь.
ЖАННЕТА. С этим названием – нет.
ГУСТАВ. У тебя вещи в фургоне.
ЖАННЕТА. Вещи выгрузят.
ГУСТАВ. Кто?
ЖАННЕТА. Тот, кто загрузил.
ГУСТАВ. Они снимают скамьи и уходят. Цирк уезжает.
АНАТОЛИЙ. Ада остается.
ЖАННЕТА. Я подожду.
ЗУЛЬФИЯ. Не тащи за холку. Не хочет – отпусти.
ГУСТАВ. Зуля, родная, не начинай.
ЗУЛЬФИЯ. Освобождаю клетку.
ГУСТАВ. Место «Жанны» занято.
ЖАННЕТА. Кем?
ГУСТАВ. Тобой.
ЖАННЕТА. Моё имя Жаннета.
ГУСТАВ. Я знаю.
ЖАННЕТА. На афише его не видно.
Анатолий снимает очки, подносит афишу ближе, снова надевает очки.
АНАТОЛИЙ. Не видно.
ГУСТАВ. Спасибо, Анатолий.
АНАТОЛИЙ. Мелко напечатали?
ЖАННЕТА. Вообще не напечатали.
АНАТОЛИЙ. Странно. Я обещал вам выход.
Жаннета поворачивается к нему.
АНАТОЛИЙ. В субботу. Одну минуту перед общим поклоном. Выход со шляпой, без ящика. Отдельное объявление.
ЖАННЕТА. Вы обещали его на сегодня.
АНАТОЛИЙ. Нет. Обещал на субботу.
ЖАННЕТА. Обещали на субботу. Сегодня должны были выполнить.
АНАТОЛИЙ. Сегодня?
ЖАННЕТА. Я стояла в кулисе со шляпой.
АНАТОЛИЙ. Почему не вышли?
ЖАННЕТА. Вы сделали третий поклон.
АНАТОЛИЙ. Он был лишний.
ЖАННЕТА. И он занял всю мою минуту.
АНАТОЛИЙ. Значит, завтра.
ЖАННЕТА. Под моим именем.
АНАТОЛИЙ. Конечно, Жанна.
ГУСТАВ. Нет.
После этого «нет» никто несколько секунд не продолжает разговор.
ЖАННЕТА. Анатолий?
АНАТОЛИЙ. Что?
ЖАННЕТА. Номер меняется?
АНАТОЛИЙ. Номер нельзя менять накануне.
ЖАННЕТА. А название?
АНАТОЛИЙ. Название – часть номера.
ЖАННЕТА. С какого года?
АНАТОЛИЙ. С тысяча девятьсот восемьдесят девятого года. Тогда утвердили формулировку.
ЖАННЕТА. А я с какого года в ящике?
АНАТОЛИЙ. Не смешивайте разные бумаги.
АРМАН. Вы помните дату формулировки, но не помните сегодняшний выход.
АНАТОЛИЙ. Дата записана.
АРМАН. Где именно записана?
АНАТОЛИЙ. В памяти.
АРМАН. А сегодняшний выход тоже там был записан?
АНАТОЛИЙ. Не записан.
ЖАННЕТА. Был записан в программе.
ГУСТАВ. Программы больше нет. Представление закончилось. Цирк уезжает.
ЖАННЕТА. Я так и не вышла.
ЗУЛЬФИЯ. Ты каждый вечер выходишь из ящика.
ЖАННЕТА. Это другое.
ГУСТАВ. Никто не отнимает у тебя профессию.
ЖАННЕТА. Тогда напишите имя.
ГУСТАВ. Какое?
ЖАННЕТА. Моё.
ГУСТАВ. Где?
ЖАННЕТА. На афише.
ГУСТАВ. На афише останется то, что куплено: «Анатолий Великий и Жанна».
ЖАННЕТА. Тогда моё условие вы услышали.
ГУСТАВ. Услышал. Ответ – нет.
Жаннета аккуратно вынимает верхнюю афишу из-под шпагата, складывает её печатью внутрь и кладёт на зеркальный ящик.
АНАТОЛИЙ. Не туда. Помнётся.
ЖАННЕТА. Ящик не мой.
ЗУЛЬФИЯ. Правильно. Зачем беречь чужое?
ЖАННЕТА. Ящик Ады.
ЗУЛЬФИЯ. Я не про ящик.
За кулисой откручивают крепление. Металлическая труба падает на землю. Короткая тишина после грохота кажется громче самого удара.
Сцена 6. Подпись
Входит Ада с ведомостью под мышкой и с листами в руке.
АДА. Кто просил подпись?
ГУСТАВ. Я просил подпись и ручку.
АДА. Ручка у тебя.
ГУСТАВ. Она не пишет.
АДА. Пишет. Она только деньги не пишет.
Густав пробует ручку на полях афиши. Ручка пишет.
ГУСТАВ. Теперь пишет.
АДА. Я же говорила.
ГУСТАВ. Теперь внимание всем, говорит директор. Закрываем вопрос с завтрашним номером.
АРМАН. Прошу прощения, но для себя я его уже закрыл.
ЗУЛЬФИЯ. Открой.
ЖАННЕТА. Что подписываем?
ГУСТАВ. Рабочее согласие. Никаких обязательств сверх завтрашнего номера.
АДА. Чьих обязательств?
ГУСТАВ. Анатолия.
АНАТОЛИЙ. Я здесь.
ГУСТАВ. Я вижу.
АНАТОЛИЙ. Тогда говорите мне.
Густав отдает ручку Аде, взамен берет у нее лист, разворачивает и читает отчётливо, как на переговорах.
ГУСТАВ. «Согласие Анатолия Гнездова на выступление Армана Диаса под именем “Анатолий Великий”».
АРМАН. Простите, нет.
ЗУЛЬФИЯ. Тихо.
АРМАН. Я говорю достаточно громко.
ГУСТАВ. Здесь должна стоять не твоя подпись, Арман.
АРМАН. Но в названии стоит моё имя.
ГУСТАВ. Именно поэтому там оно указано.
АРМАН. Указано, чтобы его отнять.
ЗУЛЬФИЯ. Чтобы дать другое.
АРМАН. Благодарю, другого имени мне не нужно.
ГУСТАВ. Анатолий, вы согласны?
АНАТОЛИЙ. Я еду?
ГУСТАВ. Едете.
АНАТОЛИЙ. В цирке?
ГУСТАВ. При номере.
АНАТОЛИЙ. Где мои вещи?
АДА. В третьем фургоне.
АНАТОЛИЙ. Третий едет?
ГУСТАВ. Все едут.
АНАТОЛИЙ. Тогда давайте.
ЖАННЕТА. Вы поняли, что отдаёте?
АНАТОЛИЙ. Имя.
ЖАННЕТА. Кому?
АНАТОЛИЙ. Ему.
АРМАН. Простите, я его не принимаю.
АНАТОЛИЙ. Тогда кому?
ГУСТАВ. Формально – разрешение на использование. Имя остаётся вашим.
АДА. На бумаге – у него.
ГУСТАВ. На один номер.
АДА. Здесь не написано, что на один.
ГУСТАВ. Мы сейчас допишем.
АНАТОЛИЙ. Не надо. Если на один, потом ещё подписывать.
ГУСТАВ. Хорошо. На время работы в труппе.
АНАТОЛИЙ. Чьей?
ГУСТАВ. Вашей.
АНАТОЛИЙ. Значит, я остаюсь.
ГУСТАВ. Остаётесь.
АНАТОЛИЙ. Ручку.
Ада не отдаёт. Густав просит взглядом.
ГУСТАВ. Ада.
АДА. Вернёшь.
ГУСТАВ. Ручку?
АДА. Всё.
Она вручает ручку Анатолию. Он надевает очки, читает лист от первой строки до последней. По губам видно: формулировки он знает и не пропускает ни одной. Подписывает. Отдает ручку Густаву. Арман делает шаг к Анатолию.
АРМАН. Господин Анатолий Гнездов, я не буду выступать под вашим именем.
АНАТОЛИЙ. Тогда не выступайте.
ГУСТАВ. Он будет.
АРМАН. Боюсь, всё-таки не буду.
ЗУЛЬФИЯ. Потом спорь.
АРМАН. Именно сейчас я вынужден возразить.
ЗУЛЬФИЯ. Сейчас погрузка.
ЖАННЕТА. Он сказал нет.
ЗУЛЬФИЯ. Он волнуется. У мальчика первый большой номер.
АРМАН. Это первый чужой номер.
ГУСТАВ. Послушаешь реакцию зала – станет своим.
АРМАН. Но зал услышит чужое имя.
ГУСТАВ. Имя – рабочее.
АРМАН. Моё имя тоже рабочее, господин Геннадий Шкуро.
Густав отдает ручку Аде, забирает у Анатолия подписанный лист, смотрит на подпись.
ГУСТАВ. Анатолий, здесь «Гнездов» ушло вниз, подпись обрывается.
АНАТОЛИЙ. Там край листа.
ГУСТАВ. Нужна вся подпись на листе.
Он вкладывает подписанный лист Анатолию в руки, берет у Ады другой лист.
ГУСТАВ. Вы уже подписали.
АНАТОЛИЙ. Возможно.
ГУСТАВ. Подпишите ещё раз.
АНАТОЛИЙ. Дважды уступить своё имя за один вечер? Я не настолько забывчив.
ГУСТАВ. Это тот же документ.
АНАТОЛИЙ. Тогда достаточно первого.
ГУСТАВ. Где он?
Все смотрят на руки Анатолия. Они пусты. Рядом на ящике стоит шляпа. Никто не видел, как лист оказался в ней.
АНАТОЛИЙ. Вы забрали.
ГУСТАВ. Я дал вам.
АНАТОЛИЙ. Зачем?
ГУСТАВ. Подержать.
АНАТОЛИЙ. Нельзя давать мне документы подержать. Я иллюзионист. Я Анатолий Великий.
АДА. Где бумага?
ГУСТАВ. У него была.
АНАТОЛИЙ. У меня не было.
ЖАННЕТА. Только что держали.
АНАТОЛИЙ. Что?
ЖАННЕТА. Ваше согласие.
АНАТОЛИЙ. Послушайте, Жанна…
ЖАННЕТА. Я Жаннета.
АНАТОЛИЙ. Я помню, что подписал. Не помню, чтобы держал.
АРМАН. Если документа больше нет, позвольте считать вопрос исчерпанным.
ЗУЛЬФИЯ. Найдём.
ГУСТАВ. Никто не уходит. Смотрите под ящиками.
АДА. Ящики не двигать. А то перепутаете.
ГУСТАВ. Ада, мы ищем документ.
АДА. Ищите глазами.
Все начинают искать. Анатолий первым заглядывает в шляпу. Запускает руку и вытягивает длинную атласную ленту. Она идёт буднично, два или три метра, ложится поверх афиши.
АНАТОЛИЙ. Здесь лента.
ГУСТАВ. Я вижу.
АНАТОЛИЙ. Значит, бумаги нет.
ГУСТАВ. Ищите!
Снаружи раздаётся серия ударов по трубам. В один из промежутков слышен голос униформиста: «Скамьи сняли!»
Все шестеро застывают в разных позах поиска. Анатолий держит ленту. Арман держит свой чемодан. Ада сидит на ведомости. Жаннета смотрит на шляпу.
Занавес.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Сцена 7. Валера
То же место, тот же поиск. Только звук снаружи изменился: публики и оркестра больше нет. Последнюю скамью волокут к грузовику. Один ряд рабочих ламп над закулисьем гаснет, и пространство делится на светлые и тёмные секции.
ГУСТАВ. Никто не трогал шляпу?
АДА. Все трогали пол.
АНАТОЛИЙ. Тогда я ничего не пропустил.
АДА. Бумагу пропустил.
АНАТОЛИЙ. Какую бумагу?
АДА. Согласие Анатолия Гнездова на выступление Армана Диаса под именем «Анатолий Великий».
АРМАН. Без согласия Армана Диаса.
АДА. Оно не помещается.
АРМАН. Куда не помещается?
АДА. В название документа.
ГУСТАВ. Искать надо не название, а лист. Белый, с моей печатью и подписью Анатолия.
АНАТОЛИЙ. Моя подпись чёрная.
ГУСТАВ. Ручка синяя.
АНАТОЛИЙ. Тогда не моя.
АДА. Твоя. Ушла вниз.
АНАТОЛИЙ. А. Эта.
ГУСТАВ. Где она?
АНАТОЛИЙ. Подпись?
ГУСТАВ. Бумага!
АНАТОЛИЙ. Не кричите. Я не глухой.
АДА. Жаннета, посмотри вокруг шляпы.
Жаннета осматривает пол вокруг шляпы, не касаясь её.
ЖАННЕТА. Здесь нет.
ГУСТАВ. Она могла прилипнуть к афише.
ЗУЛЬФИЯ. Арман, подними пачку.
АРМАН. Я уже поднимал.
ЗУЛЬФИЯ. Ещё.
АРМАН. От повторения снизу ничего не вырастет.
ЗУЛЬФИЯ. Подними.
Арман поднимает пачку. Зульфия заглядывает под неё.
ЗУЛЬФИЯ. Нет.
АРМАН. Я же говорил.
ГУСТАВ. Проверь чемодан.
АРМАН. Зачем документу мой чемодан?
ГУСТАВ. У него на всё есть причины. Открой.
АРМАН. Мой чемодан к бумаге отношения не имеет.
ЗУЛЬФИЯ. Открой.
Арман ставит чемодан на ковёр и открывает. Все заглядывают в его чемодан. Внутри два аккуратно сложенных костюма, щётка, несколько книг и коробка с воротничками.
АДА. Щётка чья?
АРМАН. Моя.
АДА. Была у Валеры.
ЗУЛЬФИЯ. Это другая.
АДА. Щетина та же.
АРМАН. Сначала у меня пытались украсть имя, теперь щётку.
ГУСТАВ. Теперь это твои коллеги, Арман. Закрывай.
Арман закрывает чемодан и сразу ставит у своей ноги.
ЖАННЕТА. Анатолий, после подписи лист был у вас.
АНАТОЛИЙ. Густав мне его дал.
ГУСТАВ. Вот, сошлось.
АНАТОЛИЙ. Потом забрал.
ГУСТАВ. Не забирал.
АНАТОЛИЙ. Значит, не давал.
ГУСТАВ. Давал!
АНАТОЛИЙ. Зачем вы тогда кричите?
ГУСТАВ. Я не кричу. Я устанавливаю последнее местонахождение листа.
АДА. Последнее – руки Анатолия.
ГУСТАВ. Вот.
АНАТОЛИЙ. Руки здесь. Вот они.
Показывает обе ладони.
ГУСТАВ. Поищите в карманах.
АНАТОЛИЙ. Уже.
ГУСТАВ. Выкладывайте всё.
АНАТОЛИЙ. Я не престидижитатор, я иллюзионист.
Он выворачивает карманы. Платок, мел, короткая отвёртка, карамель без обёртки. Бумаги нет.
АДА. Карамель?
АНАТОЛИЙ. Личная. Не реквизит.
АДА. Можете забирать обратно.
ЗУЛЬФИЯ. Это Валера.
Все смотрят на неё.
ГУСТАВ. Что Валера?
ЗУЛЬФИЯ. Унёс.
ГУСТАВ. Енот был здесь?
ЗУЛЬФИЯ. Проник. Сначала щётка. Потом блестящая пряжка. Потом кусок шпагата.
АРМАН. Бумага не блестит.
ЗУЛЬФИЯ. Печать блестит.
ГУСТАВ. Печать не блестит.
АДА. Для Валеры – блестит. Он всё уносит в подстилку.
ЖАННЕТА. Он мог пройти за спиной Анатолия.
АДА. Мог. Вчера вынес накладную.
ГУСТАВ. Почему не сказала?
АДА. Вернул обратно.
ЗУЛЬФИЯ. Я вернула.
АДА. Он не расписывается.
АРМАН. Значит, мы временно передали документ еноту.
ЗУЛЬФИЯ. Сейчас достану.
ГУСТАВ. Ты его разбудишь.
ЗУЛЬФИЯ. Он не спит.
ГУСТАВ. Тем более.
ЗУЛЬФИЯ. Валера! Ко мне!
Из-за сцены слышится возня, затем короткое сердитое урчание.
ЗУЛЬФИЯ. Видишь? Виноват.
ГУСТАВ. Я вижу только, что он не пришёл.
ЗУЛЬФИЯ. Виноватые не идут на голос.
АДА. Бумагу надо искать утром.
ГУСТАВ. Утром мы должны уехать.
АДА. Вы должны.
ГУСТАВ. Ада, дорогая, не сейчас.
АДА. Именно сейчас.
Гаснет ещё одна секция ламп. Ада переносит ведомость в оставшийся свет и садится на неё.
ГУСТАВ. Хорошо. Считаем, что документ временно у Валеры.
АРМАН. А согласие – временно у меня?
ГУСТАВ. Согласие дал Анатолий.
АРМАН. На своё имя. Не на моё.
ЗУЛЬФИЯ. Не начинай сначала.
АРМАН. Я не прекращал.
ГУСТАВ. Без документа спорить не о чем. Найдём – подпишем с порядком работы.
АНАТОЛИЙ. Второй раз не подпишу.
ГУСТАВ. Почему?
АНАТОЛИЙ. Уже сказал.
ГУСТАВ. Что сказал?
АНАТОЛИЙ. Не помню. Но сказал точно.
Густав перестаёт смотреть на карманы Анатолия и поворачивается к Аде. Анатолий спокойно собирает свои вещи.
Сцена 8. Сто восемьдесят тысяч
Зульфия уводит Армана проверять подстилку Валеры. Жаннета и Анатолий уходят к фургону. Остаются Ада и Густав. Снаружи униформисты переходят к осветительным линиям; лампы теперь гаснут не по одной, а целыми кусками.
ГУСТАВ. Дай ведомость.
АДА. Нет.
ГУСТАВ. Мне нужна касса.
АДА. Пустая.
ГУСТАВ. Мне нужно увидеть.
АДА. Увидишь бумагу.
ГУСТАВ. Я директор.
АДА. Подпись твоя. Цифры мои.
ГУСТАВ. Я хочу понять, что мы можем сделать с ящиком.
АДА. Выкупить.
ГУСТАВ. Мы его уже купили.
АДА. Я купила. Зимой. Своей зарплатой.
ГУСТАВ. Я отдал его вместо долга.
АДА. Долг закрыт.
ГУСТАВ. Мы оба знали, что ящик останется в цирке.
АДА. Я не знала.
ГУСТАВ. Ты его не забирала.
АДА. До утра не заберу.
ГУСТАВ. И куда ты его повезёшь?
АДА. В помещение.
ГУСТАВ. Какое помещение?
АДА. Снятое.
ГУСТАВ. Подо что?
АДА. Под себя.
ГУСТАВ. Ада, ты клоунесса. Тебе одной помещение не нужно.
АДА. Уже нужно.
ГУСТАВ. Где?
АДА. Здесь.
ГУСТАВ. В этом городе?
АДА. Да.
ГУСТАВ. И что ты будешь делать?
АДА. Работать.
ГУСТАВ. Где работать?
АДА. В помещении.
ГУСТАВ. С кем?
АДА. С ДК.
ГУСТАВ. У тебя договор с домом культуры?
АДА. Подписан.
ГУСТАВ. Когда ты успела?
АДА. Пока вы кланялись.
ГУСТАВ. Ты не можешь забрать реквизит нашего номера.
АДА. Могу. Бирка есть.
ГУСТАВ. Сними бирку.
АДА. Нет.
Пауза.
ГУСТАВ. Назови цену.
АДА. Сто восемьдесят тысяч.
Густав ждёт продолжения. Продолжения нет.
ГУСТАВ. За мой ящик?
АДА. За мой.
ГУСТАВ. Я отдал его тебе за зимнюю зарплату.
АДА. Теперь хочешь обратно.
ГУСТАВ. Сто восемьдесят тысяч?
АДА. Цена обратного выкупа.
ГУСТАВ. У нас нет этих денег.
АДА. Тогда нет ящика.
ГУСТАВ. Тогда не покупаю. Предлагаю обмен: сегодня один учебный прогон, утром мои униформисты и мой грузовик доставляют ящик к твоему помещению.
АДА. В аренду не сдаю.
ГУСТАВ. Это не аренда. Тебе всё равно нужны люди, трап и машина. Я тебе обеспечиваю доставку, ты даёшь один учебный прогон до погрузки. По расходам для тебя выгоднее, по кассе для меня возможно.
АДА. Адреса не знаешь.
ГУСТАВ. Впишешь в ведомость.
АДА. Зеркала не кантовать.
ГУСТАВ. Четыре человека, ровный трап, я сам принимаю ящик у двери.
Ада смотрит на ящик, на выход и на его парадный пиджак.
АДА. Только аккуратно. Пиджак снимешь.
ГУСТАВ. Сниму.
АДА. Один прогон. Лезвие не опускать. Повреждения ваши.
ГУСТАВ. Договорились.
Ада делает в ведомости запись длиннее обычного. Густав ждёт, пока она поставит точку, и зовёт остальных к ящику.
Возвращаются остальные. Зульфия несёт погнутую пряжку, Арман – пустые руки.
ЗУЛЬФИЯ. У Валеры бумаги нет. Нашла пряжку.
АДА. Чья?
ЗУЛЬФИЯ. Теперь Валеры.
АДА. По ведомости не проходит.
ГУСТАВ. У нас другая проблема.
ЖАННЕТА. Жанна.
ГУСТАВ. Ящик.
АДА. Я сказала.
АНАТОЛИЙ. Утром забирает.
ГУСТАВ. Если мы не выкупим.
ЗУЛЬФИЯ. Выкупай.
ГУСТАВ. Ада хочет сто восемьдесят тысяч.
Пауза.
АРМАН. Госпожа Аделаида Шило уверена, что у вас в кассе такой суммы нет.
АДА. Ада Шило. Уверена.
ГУСТАВ. Но спасибо за номер без подготовки.
ЗУЛЬФИЯ. Сделаем другой ящик.
ЖАННЕТА. К погрузке новый механизм не собрать.
ЗУЛЬФИЯ. Клетка есть.
АДА. Моя.
ЗУЛЬФИЯ. Клетка моя.
АДА. По ведомости – цирка.
ЗУЛЬФИЯ. Там Валера.
АДА. Тогда не пустая.
АНАТОЛИЙ. В клетке Арману распил не сделать. Прутья не дадут закрыть среднюю раму.
АРМАН. У меня никогда не будет ни ящика, ни средней рамы. Я менталист.
ЗУЛЬФИЯ. Не бойся. Найдем.
ЖАННЕТА. У нас вообще нет ящика.
АРМАН. Именно с этого я начал.
ЗУЛЬФИЯ. Научится без ящика.
АНАТОЛИЙ. Без ящика нечему учиться.
ГУСТАВ. Если утром Ада забирает ящик, номера нет ни у Армана, ни у Анатолия.
АДА. Правильно.
ЖАННЕТА. И Жанны тоже нет.
ЗУЛЬФИЯ. Жанна есть.
ЖАННЕТА. Когда она появится?
ЗУЛЬФИЯ. Уже появилась. Тиражом пятьсот экземпляров.
Ещё одна секция света гаснет. Все теснее сходятся вокруг зеркального ящика, который теперь стоит в последнем ровном пятне света.
ГУСТАВ. Теперь внимание всем, говорит директор. Я договорился с Адой на один учебный прогон ящика.
АДА. Один. Лезвие не опускать.
ГУСТАВ. Значит, учим номер сейчас.
АРМАН. Своего согласия я по-прежнему не давал.
ГУСТАВ. Объясняю. Без ящика нет номера Анатолия с Жанной. Если нет номера Анатолия с Жанной – нет твоего номера в начале представления.
ЗУЛЬФИЯ. Иди.
АРМАН. Куда именно вы меня отправляете?
ЗУЛЬФИЯ. К ящику.
Арман не двигается. Зульфия берёт его чемодан и ставит рядом с ящиком. Арман молча переносит чемодан обратно к ноге.
Сцена 9. Урок
Остаются Анатолий, Арман, Жаннета и Густав. Ада и Зульфия уходят проверять погрузку. Свет держится только над ящиком и частью ковра. В темноте снаружи снимают электрические гирлянды: лампочки одна за другой перестают просвечивать сквозь полотно.
ГУСТАВ. Никто не требует от тебя сразу полного номера. К утру ты должен хотя бы понимать последовательность.
АРМАН. Я понимаю последовательность. Сначала мне меняют имя, потом предлагают залезть в чужую профессию.
ГУСТАВ. В ящик лезет не фокусник.
ЖАННЕТА. Ассистентка ложится.
ГУСТАВ. Вот. А тебе надо остаться снаружи. Ты же иллюзионист.
АРМАН. Я менталист. Это единственное, что я уже умею.
АНАТОЛИЙ. Встаньте слева.
Арман встаёт справа.
АНАТОЛИЙ. Это справа.
АРМАН. От вас – слева.
АНАТОЛИЙ. Номер делают от ящика.
Арман переходит.
АНАТОЛИЙ. Не туда. Там колесо.
АРМАН. Тогда где?
Анатолий ставит его за плечи точно на место. Руки уверены.
АНАТОЛИЙ. Здесь. Носок к шву ковра. Не смотрите вниз. Зритель тоже посмотрит.
АРМАН. Куда смотреть?
АНАТОЛИЙ. В зал.
АРМАН. Зала нет.
АНАТОЛИЙ. Поэтому не ошибётесь.
Жаннета открывает ящик, проверяет заднюю стенку, среднюю раму и обе защёлки.
ЖАННЕТА. Сначала покажите пустой.
АНАТОЛИЙ. Я знаю.
ЖАННЕТА. Вы пропустили эту часть.
АНАТОЛИЙ. Я объяснял стойку.
ЖАННЕТА. Пока объясняете стойку, руки показывают пустой ящик.
АНАТОЛИЙ. Послушайте, Жанна…
ЖАННЕТА. Я Жаннета.
АНАТОЛИЙ. Ложитесь.
ЖАННЕТА. Сначала ткань.
Анатолий без слов берёт тёмную ткань, проводит ею по внутренним стенкам, отдаёт угол Арману. Арман берёт не той рукой. Анатолий меняет ему руку, разворачивает кисть, ставит локоть. Потом они откидывают ткань вместе. Движение выходит почти красивым.
ГУСТАВ. Вот. Уже номер.
ЖАННЕТА. Это ткань.
Она ложится в ящик.
ЖАННЕТА. Не закрывайте, пока я не скажу.
АРМАН. Я ничего не закрываю.
АНАТОЛИЙ. Поэтому стойте ближе.
ЖАННЕТА. Анатолий, левую опору.
Он ставит опору.
ЖАННЕТА. Не эту. Дальнюю.
Он меняет. Потом, чуть в стороне, без слов повторяет обеими руками исправленную последовательность: дальняя опора, ближняя, рама. Тело запоминает мгновенно.
АНАТОЛИЙ. Теперь крышка.
ЖАННЕТА. Теперь я поворачиваюсь.
АНАТОЛИЙ. Поворачивайтесь.
ЖАННЕТА. Сначала отпустите край.
Он отпускает.
АРМАН. Я не вижу, что происходит внутри.
ЖАННЕТА. Поэтому слушайте.
АРМАН. Что именно?
ЖАННЕТА. Дыхание. Если я вдохнула коротко – тесно. Если не вдохнула – вы меня уже прижали.
ГУСТАВ. Это зрителю не надо говорить.
ЖАННЕТА. Я говорю не зрителю.
АРМАН. Наконец-то.
АНАТОЛИЙ. Раму вниз.
ЖАННЕТА. Нет. Правый край выше.
АНАТОЛИЙ. Он ровный.
ЖАННЕТА. У вас ровный. У меня на ключице.
Анатолий поднимает край на толщину пальца. Жаннета выдыхает ровно.
ЖАННЕТА. Теперь.
Рама встаёт на место.
АНАТОЛИЙ. Пила идёт отсюда.
АРМАН. Настоящая?
АНАТОЛИЙ. Руками не трогать.
ЖАННЕТА. Сначала нижняя дорожка.
АНАТОЛИЙ. Сначала верхняя.
ЖАННЕТА. Если верхняя первая, нижнюю поведёт.
АНАТОЛИЙ. Раньше не вело.
ЖАННЕТА. Раньше я держала коленом.
АРМАН. А сейчас вы чем держите?
ЖАННЕТА. Сейчас я веду урок.
Анатолий меняет порядок. Снова повторяет его в воздухе, уже не споря. Арман следит за его руками и начинает повторять. У Анатолия движение цельное, у Армана разбито на отдельные команды.
АНАТОЛИЙ. Не считайте.
АРМАН. Я не считаю.
АНАТОЛИЙ. У вас губы двигаются.
АРМАН. Я запоминаю.
АНАТОЛИЙ. Запоминают плечи. Ещё раз.
Они повторяют.
ГУСТАВ. Арман, публике говоришь: «Сейчас вы увидите невозможное».
АРМАН. Я не говорю чужой текст.
ГУСТАВ. Тогда свой.
АРМАН (автоматически обращаясь к воображаемому залу). Дамы и господа, выберите между тем, чему вы верите, и тем, что стоит прямо перед вами…
АНАТОЛИЙ. Долго. Пила уже в руке.
ЖАННЕТА. И не стойте спиной к защёлке.
АРМАН. Почему?
ЖАННЕТА. Заденете полой.
ГУСТАВ. Надо короче.
АРМАН. Дамы и господа…
АНАТОЛИЙ. Геннадий.
АРМАН. Что?
АНАТОЛИЙ. Двадцать девять лет в этом цирке. Я знаю, что он Геннадий. И Ада знает. И Зульфия, его жена, знает лучше всех. Руку выше.
Арман поднимает руку. Не отвечает. Густав очень занят краем папки.
ЖАННЕТА. Теперь раздвигаете половины.
АРМАН. За какие ручки?
ЖАННЕТА. Ближние.
АНАТОЛИЙ. Дальние.
ЖАННЕТА. Ближние. Дальними дёрнете раму.
Анатолий берётся за ближние и начинает разводить половины. Делает это мягко, без толчка. Арман помогает. Ящик расходится.
ГУСТАВ. Отлично.
ЖАННЕТА. Рано.
ГУСТАВ. Что рано?
ЖАННЕТА. Хвалить. Теперь собрать.
Они собирают. Арман торопится, Анатолий одним движением придерживает колесо и спасает раму от удара.
АНАТОЛИЙ. Не толкайте. Позовите.
АРМАН. Кого?
АНАТОЛИЙ. Вторую половину. Она идёт на вас.
АРМАН. Это ящик.
АНАТОЛИЙ. Поэтому идёт честно.
ЖАННЕТА. Сводите.
На этот раз получается.
ЖАННЕТА. Раму вверх. Крышку открыть. Сначала спросить.
АРМАН. Что спросить?
ЖАННЕТА. Жива ли я.
ГУСТАВ. В номере не спрашивают.
ЖАННЕТА. В номере слышат.
АНАТОЛИЙ (негромко, ящику). Готовы?
ЖАННЕТА. Готова.
Он открывает в точной обратной последовательности. Жаннета садится.
ГУСТАВ. Ещё раз. Целиком.
АРМАН. Я не давал своего согласия.
ГУСТАВ. Это урок, не согласие.
ЖАННЕТА. Один прогон. Потом я выхожу.
Она снова ложится. Анатолий и Арман занимают места. Теперь Анатолий почти не говорит: его руки сами показывают ткань, опоры, раму, крышку. Там, где Жаннета исправляла его, он уже делает правильно. Арман следует за ним.
В конце прогона Анатолий закрывает наружную защёлку. Ключ остаётся у него в руке. Густав уже обращается к Арману, разворачивая его к воображаемому залу.
ГУСТАВ. Теперь текст. Коротко и уверенно.
АРМАН. Дамы и господа…
Анатолий отходит, машинально освобождает руки: мел кладёт в карман, ключ опускает в чёрную шляпу. Зал это видит. Остальные – нет.
АРМАН. …перед вами номер, который вы знаете под одним именем.
ГУСТАВ. Не надо про имя.
ЖАННЕТА (из ящика). Откройте.
Гаснет последняя гирлянда снаружи.
Сцена 10. Ключ
За ящиком униформисты начинают распускать крепления боковой стенки. Полотно ещё держится, но понизу уже проходит холодный ветер.
АНАТОЛИЙ. Сейчас.
Он дёргает наружную защёлку. Она не идёт.
ЖАННЕТА (из ящика). Не тяните вверх. Сначала к себе.
АНАТОЛИЙ. Я знаю.
Тянет к себе. Защёлка заедает.
АРМАН. Дайте попробовать.
АНАТОЛИЙ. Не трогайте.
ГУСТАВ. Что там?
АНАТОЛИЙ. Язычок заело.
ЖАННЕТА. Наружную защёлку поведите ключом.
ГУСТАВ. Анатолий, ключ!
Анатолий проверяет карман.
АНАТОЛИЙ. Какой ключ?
ЖАННЕТА. От защёлки.
АНАТОЛИЙ. Он был здесь.
ГУСТАВ. Где – здесь?
АНАТОЛИЙ. В моей руке.
АРМАН. После этого вы отошли к шляпе.
ГУСТАВ. Шляпа!
В этот момент входят Ада и Зульфия. Густав, Анатолий и Арман одновременно бросаются к чёрной шляпе. Зульфия, не понимая причины, бросается следом. Ада – за ними, чтобы никто не опрокинул ведомость и ящики.
Образуется плотная, суетливая куча спин. Пока все смотрят в шляпу, задняя стенка зеркального ящика бесшумно отходит. Жаннета выбирается наружу, расправляет халат, берёт складной стул, прислонённый за ящиком. На сиденье лежит ведомость Ады, отложенная на минуту. Жаннета раскрывает стул сбоку, садится прямо на ведомость. Остальные ее не видят за ящиком.
Анатолий запускает руку в шляпу и вытягивает длинную атласную ленту. Лента снова идёт два или три метра. Ключа нет.
АНАТОЛИЙ. Лента.
ГУСТАВ. Где ключ?
АНАТОЛИЙ. Не здесь.
АРМАН. Но я видел, как вы что-то положили в шляпу.
АНАТОЛИЙ. Значит, положил ленту.
ЗУЛЬФИЯ. Лента была. Ключ ищи.
АДА. Не рвите ленту, она по ведомости.
ГУСТАВ. Жанна, спокойно! Сейчас откроем!
ЖАННЕТА (сидя сбоку). Я спокойна.
АРМАН. Внутри есть ручка, которой можно нажать на защёлку?
ЖАННЕТА. Не достану. Там мёртвый угол.
ЗУЛЬФИЯ. Ломай.
АДА. Не ломать. Это мой ящик.
АНАТОЛИЙ. Дайте отвёртку.
Он вынимает короткую отвёртку из кармана.
ЖАННЕТА. Не поддевайте нижний край. Погнёте язычок.
АНАТОЛИЙ. Верно.
Он убирает отвёртку.
ЗУЛЬФИЯ. Отойдите. Ударю ногой.
АДА. Ударишь – впишу в повреждения. Закроешь своей зарплатой.
ГУСТАВ. Дайте тонкую отвёртку, из синего ящика.
ЖАННЕТА. Тонкая сломается в замке. Потом вообще не откроете.
ГУСТАВ. А чем откроем?
ЖАННЕТА. Я подожду. Я же говорила.
Пауза.
АДА. Она не даст открыть.
ГУСТАВ. Хорошо. Жанна, назови своё условие. Одно. Выполнимое.
ЖАННЕТА. Моё имя – на главной афише над входом. Над купленным названием.
Все на мгновение замолкают, но по-прежнему смотрят на ящик.
ГУСТАВ. Я могу дать отдельное объявление перед номером. Голосом, в полном свете, без сокращений.
ЖАННЕТА. На афише. Над названием.
ЗУЛЬФИЯ. Скажи «да». Потом откроем клетку.
АРМАН. Условие сформулировано точно.
ГУСТАВ. Хорошо. На главной афише над названием будет твоё имя.
ЖАННЕТА. Какое?
Густав смотрит на ящик. Ответ не приходит.
АДА. Жаннета. Над названием.
ГУСТАВ. Именно. Ада внесёт в ведомость.
АДА. Уже внесла.
ЖАННЕТА. Теперь можно открывать.
Все сразу начинают действовать и говорить одновременно: Анатолий требует тонкую отвёртку, Зульфия предлагает лом, Арман ищет щель, Густав обещает позвать униформистов, Ада запрещает царапать поверхность. Жаннета сидит сбоку, положив ногу на ногу, и наблюдает.
Сцена 11. Не кричите в мой ящик
Суета достигает предела.
ГУСТАВ. Жанна, отойди внутри от передней стенки!
ЗУЛЬФИЯ. Жаннета, слушай меня! Когда откроем, сразу выходишь и идёшь со мной!
Зульфия произносит имя осторожно, как команду, на которую ждёт отклика.
АРМАН. Жаннета, отзовитесь!
ЖАННЕТА (со стула). Я тут.
АДА. Не кричите в мой ящик. Жаннета уже пять минут сидит на моей ведомости.
Все дружно отодвигают ящик. Жаннета сидит перед ними. Ада подходит и вытягивает из-под неё ведомость. Жаннета привстаёт ровно настолько, чтобы та вышла, и снова садится.
ГУСТАВ. Как ты…
ЗУЛЬФИЯ. Когда?
АРМАН. Я всё это время смотрел прямо на ящик.
АДА. Все смотрели.
АНАТОЛИЙ. Стул качается.
Он подкладывает под короткую ножку свёрнутую ленту и отходит. Жаннета проверяет – теперь ровно.
Анатолий собирает оставшийся конец ленты в шляпу и надевает шляпу, освобождая руки.
ГУСТАВ. Почему ты не сказала, что вышла?
ЖАННЕТА. Я отвечала на вопросы.
ЗУЛЬФИЯ. Жаннета, нам утром ехать. Не усложняй.
ЖАННЕТА. Куда уж проще.
ГУСТАВ. Наружная защёлка закрыта.
ЖАННЕТА. Внутренняя двадцать лет исправна. Никто ни разу не спросил у человека внутри.
АДА. Я спрашивала.
ЖАННЕТА. Ты проверяла имущество.
АДА. Имущество исправно.
АРМАН. Вы всё время могли выйти?
ЖАННЕТА. Вы всё время могли отказаться.
Арман смотрит на Зульфию.
ЗУЛЬФИЯ. Не туда смотри.
АРМАН. Нет, я туда смотрю.
ГУСТАВ. Хорошо. Все живы. Ящик цел. Имя мы обещали. Возвращаемся к погрузке.
ЖАННЕТА. Вы обещали афишу.
ГУСТАВ. Я помню.
АНАТОЛИЙ. И я.
Он смотрит на Жаннету так, как раньше смотрел только на собственные руки во время номера. Удивления почти нет. Есть проверка нового расположения предметов.
АНАТОЛИЙ. Теперь вы слева.
ЖАННЕТА. Но механизм тот же.
Сцена 12. Он Арман
За сценой начинают снимать боковую стенку шапито. Полотно отходит широкими тяжёлыми волнами. В проёме постепенно открывается ночное поле. Врывается ветер. Становится холодно. Все машинально придерживают бумаги и блёстки.
ГОЛОС УНИФОРМИСТА. Отойдите от ящиков!
АДА. От моего – особенно!
Двое невидимых рабочих вытягивают край полотна. Пространство, которое минуту назад было закулисьем, внезапно оказывается на границе голого поля.
ГУСТАВ. Пока стену снимают, решаем состав. Арман делает пробный прогон утром. Жаннета работает номер вечером. Анатолий остаётся при постановке.
АРМАН. Простите. Нет.
ЗУЛЬФИЯ. Мы уже прошли это место.
АРМАН. Вы прошли. Я остался.
ГУСТАВ. Ты только что выучил половину номера Анатолия.
АРМАН. Я увидел работу Жаннеты.
ГУСТАВ. Тем лучше.
АРМАН. Для неё – да.
ЗУЛЬФИЯ. Арман, ко мне.
АРМАН. Я здесь.
ЗУЛЬФИЯ. Сюда.
Показывает место рядом с собой. Он не подходит.
ЗУЛЬФИЯ. Не упрямься. Тебе дают манеж.
АРМАН. Мне дают чужое имя.
ЗУЛЬФИЯ. На время.
АРМАН. Моё тоже на время?
ЗУЛЬФИЯ. Никто его не забирает.
АРМАН. Вы уже зовёте меня Анатолием.
ЗУЛЬФИЯ. Потому что так напечатано.
АРМАН. На меня ничего не напечатано.
ГУСТАВ. Напечатают потом, если номер пойдёт.
АРМАН. Как кого?
ГУСТАВ. Как артиста.
АРМАН. Я менталист. У меня есть своё имя.
ГУСТАВ. Сейчас не это важно.
АРМАН. Для меня – важно.
Эстрадная вежливость, которой он прикрыл первое «нет», исчезла. Он говорит просто и тихо.
АРМАН. Меня зовут Арман Диас. Я работаю голосом. Я не Анатолий Великий. Я не распиливаю женщин. Я не иллюзионист.
ЗУЛЬФИЯ. Распилишь.
АРМАН. Нет.
ЗУЛЬФИЯ. Я сказала, распилишь.
АРМАН. А я сказал нет.
ЗУЛЬФИЯ. Просто положить женщину. И распилить.
АРМАН. Нет.
Пауза.
ЗУЛЬФИЯ. Ты не понимаешь, от чего отказываешься.
АРМАН. Понимаю.
ЗУЛЬФИЯ. От цирка.
АРМАН. От чужого имени.
ЗУЛЬФИЯ. От меня.
Пауза.
АРМАН. Нет. Не надо смешивать разные бумаги.
ЗУЛЬФИЯ. Потому что цирк и Зульфия Табак сцеплены вместе. Вот так. (Показывает как.) На всю жизнь.
АРМАН. Тогда расцепите.
ЗУЛЬФИЯ. Так не бывает.
АРМАН. Значит, я останусь Арманом без цирка.
ГУСТАВ. Тогда ты не едешь, Арман.
АРМАН. Хорошо.
ЗУЛЬФИЯ. Плохо.
ГУСТАВ. Ада, отдай ему чемодан.
Ада берёт чемодан Армана и несёт его прямо в открывшееся поле.
АРМАН. Я могу сам.
АДА. Чтобы не перепутать. Реквизит по ведомости.
Ставит чемодан за линией снятой стенки. Возвращается. Ветер пытается открыть крышку чемодана, но замки держат.
ЗУЛЬФИЯ. Забери. Вернись. Скажи, что согласен.
АРМАН. Нет.
ЗУЛЬФИЯ. Не стой там на ветру.
АРМАН. Здесь тоже ветер.
ЗУЛЬФИЯ. Там просто чистое поле.
АРМАН. Я вижу.
Он выходит за бывшую стенку и становится возле чемодана.
ЗУЛЬФИЯ. Арман!
Он поворачивается.
ЗУЛЬФИЯ. Вернись и согласись.
АРМАН. Вернусь, если не соглашусь.
ЗУЛЬФИЯ. Так не бывает.
АРМАН. Тогда я здесь.
Пока они говорят, Анатолий незаметно переносит к Жаннете сложенный жезл. Потом ткань. Потом коробку с мелом. Она замечает каждый предмет и ничего не спрашивает. Шляпу он не трогает.
ГУСТАВ. У нас нет времени смотреть по сторонам. Давайте грузиться.
Густав поворачивается к ящику и начинает снимать пиджак.
ЗУЛЬФИЯ. Он Арман.
Густав замирает с полуснятым пиджаком. Медленно поворачивается.
Зульфия смотрит на оставшийся цирк, на Густава, на Жаннету. Медленно отступает от них. Ветер подхватывает край её костюма.
ГУСТАВ. Зуля, родная, вернись обратно в свет.
ЗУЛЬФИЯ. Здесь нет манежа.
ГУСТАВ. Я вижу.
ЗУЛЬФИЯ. Тогда не командуй.
Она выходит в поле и становится рядом с Арманом. Не касается его. Командует уже оттуда.
ЗУЛЬФИЯ. Чемодан закрой плотнее.
АРМАН. Закрыт.
ЗУЛЬФИЯ. Хорошо.
Они остаются снаружи. Внутри цирка Густав пересчитывает оставшихся. Ада переносит ведомость под локоть. Жаннета держит жезл, ткань и мел Анатолия. Анатолий стоит рядом с чёрной шляпой.
Сцена 13. Пишите меня
Стенка цирка снята полностью. Холодный ветер проходит через закулисье свободно. Внутри остаются Густав, Ада, Анатолий и Жаннета; в поле видны Зульфия и Арман.
ГУСТАВ. Надо грузиться. Что у нас есть?
АДА. Ящик мой.
ГУСТАВ. Кроме ящика.
АДА. Касса у меня.
ГУСТАВ. Кроме кассы.
АДА. Ведомость тоже.
ГУСТАВ. Ада, что у нас есть для номера?
АДА. Название.
ГУСТАВ. Вот. «Анатолий Великий и Жанна».
ЖАННЕТА. Я не Жанна.
ГУСТАВ. Я знаю.
ЖАННЕТА. Ты обещал моё имя на главной афише. Над названием.
ГУСТАВ. Обещал. Место над названием твоё.
АДА. В ведомости записано.
ГУСТАВ. Но это верхняя строка. В оплаченной строке по-прежнему два места: Анатолий Великий и Жанна. К утру мне нужны оба исполнителя. Анатолий может работать сам.
ЖАННЕТА. Технически может.
ГУСТАВ. Ты это подтверждаешь?
ЖАННЕТА. Руками – может.
АНАТОЛИЙ. А чем ещё?
ЖАННЕТА. Вовремя объявить мой выход.
АНАТОЛИЙ. Объявят.
ЖАННЕТА. Как меня зовут?
АНАТОЛИЙ. Только не надо меня отвлекать.
Он смотрит на Жаннету. Потом снимает шляпу с головы, несёт к ней и кладёт перед ней на коробку. Это единственное, что он не перенёс раньше.
Густав перестаёт листать папку. Ада вытаскивает ведомость. Жаннета смотрит на шляпу, не прикасаясь.
АНАТОЛИЙ. Имя отдам ей. Сам пойду в ассистенты.
ЖАННЕТА. Номер называется «Анатолий Великий». Я называюсь Жаннета.
АДА. А «Жанна» кто?
Анатолий смотрит на строку афиши. Потом на открытый ящик.
АНАТОЛИЙ (после паузы). Пишите меня.
АДА. Вместо Жанны?
АНАТОЛИЙ. Как ассистента.
ЖАННЕТА. Тогда только с испытательным сроком.
АНАТОЛИЙ. Сколько?
ЖАННЕТА. Пока не научитесь вовремя открывать крышку.
АДА. Записываю в ведомость: Анатолий Гнездов, в роли ассистентки Жанны.
АНАТОЛИЙ. Ассистента.
АДА. По бумаге все равно Жанна.
АНАТОЛИЙ. Тогда пишите как в бумаге.
ГУСТАВ. Подождите. Но они купили Анатолия Великого.
АНАТОЛИЙ. Вот он.
Он указывает на Жаннету.
ГУСТАВ. Это Жаннета.
ЖАННЕТА. Наконец-то правильно.
ГУСТАВ. Я не это имел в виду.
АДА. А записано хорошо.
ГУСТАВ. Нельзя просто переставить артистов внутри названия.
АНАТОЛИЙ. Почему?
ГУСТАВ. Потому что…
Он ищет в папке правило, которого там нет.
ГУСТАВ. Потому что кто-то должен быть Анатолием Великим.
АНАТОЛИЙ. Вот.
Снова указывает на Жаннету.
ЖАННЕТА. Под своим именем – да.
ГУСТАВ. Тогда где Анатолий Великий?
Анатолий берёт шляпу и надевает её на Жаннету. Она велика ей; Жаннета поправляет посадку одним точным движением.
АНАТОЛИЙ. Вот.
АДА. По реквизиту совпадает.
ГУСТАВ. А кто Жанна?
АНАТОЛИЙ. Я.
АДА. В ведомости записано.
ЖАННЕТА. Ложиться в ящик будете на левый бок.
АНАТОЛИЙ. Я всегда закрывал справа.
ЖАННЕТА. Поэтому будете учиться.
АНАТОЛИЙ. Хорошо, маэстро.
Он становится рядом с ней без шляпы.
ГУСТАВ. Ящик утром уезжает в одну сторону, а мы в другую.
АДА. Всё по плану.
ЖАННЕТА. Тогда номера нет.
АНАТОЛИЙ. Вернуть ящик.
ГУСТАВ. Нечем.
АДА. Можно иначе.
Все смотрят на неё.
АДА. Ящик едет. Я остаюсь.
ГУСТАВ. Мы договорились: утром я должен доставить его к твоему дому культуры.
АДА. Доставка отменяется.
ГУСТАВ. А учебный прогон уже состоялся.
АДА. Ящик списан.
Густав не скрывает улыбки. Ада перечёркивает в ведомости строку о доставке.
ГУСТАВ. На каких условиях?
АДА. Процент со сборов.
ГУСТАВ. Какой процент?
АДА. По ведомости.
ГУСТАВ. Покажи.
АДА. После подписи.
ГУСТАВ. Чьей?
АДА. Всех.
ЖАННЕТА. Ящик остаётся твоим.
АДА. Собственник не меняется.
ЖАННЕТА. Если поведёт раму – кто правит?
АДА. Вы.
ГУСТАВ. Нет. Износ ложится на владельца.
АДА. Повреждения ваши.
ГУСТАВ. Тогда я не согласен. Утром ящик будет у твоего ДК, как договорились.
Ада смотрит на перечёркнутую строку о доставке. Потом перечёркивает строку о повреждениях.
АДА. Ладно, износ мой.
АНАТОЛИЙ. Зеркала не кантовать.
АДА. Да.
ГУСТАВ. Ты остаёшься здесь одна, а ящик отдаёшь нам?
АДА. Не отдаю. Получаю.
ГУСТАВ. Процент.
АДА. Да.
ГУСТАВ. И открываешь своё помещение в ДК.
АДА. Уже открыла.
ГУСТАВ. Когда?
АДА. Договор подписан.
ГУСТАВ. Это не открыла.
АДА. Для кассы – открыла.
ГУСТАВ. Подожди. Ты остаёшься вместе с ведомостью. Кто завтра ведёт кассу?
АДА. Ты.
ГУСТАВ. Я директор. Я подписываю.
АДА. Завтра пишешь и подписываешь.
ГУСТАВ. В чём?
АДА. В своей папке.
ГУСТАВ. Там договоры.
АДА. Будет ведомость.
ГУСТАВ. А эта?
АДА. Закрыта.
ГУСТАВ. Касса остаётся с тобой?
АДА. Едет с тобой. Пустая, поместится.
Ада вынимает из-за задней обложки ведомости плоский кассовый конверт и отдаёт Густаву. Он вкладывает конверт в папку, находит чистый оборот последнего листа и пробует на нём ручку. Ада наблюдает, но не помогает.
Ада делает последнюю запись в старой ведомости. Из поля подходят Зульфия и Арман. Зульфия идёт на полшага позади него и явно заставляет себя не обгонять.
ЗУЛЬФИЯ. Он едет.
АРМАН. Если вам нужен Арман Диас.
ГУСТАВ. В каком номере?
АРМАН. В своём. Голосовой блок в первом отделении.
ЗУЛЬФИЯ. Без ящика. Без пилы. Без Анатолия.
АРМАН. С Зульфией.
ЗУЛЬФИЯ. Я не в номере.
АРМАН. Я не сказал, что в номере.
Зульфия берёт его чемодан, но не несёт – просто держит ручку вместе с ним.
ГУСТАВ. Афиши для твоего блока нет.
АРМАН. Объявите голосом.
ГУСТАВ. Как?
АРМАН. Арман Диас.
ЗУЛЬФИЯ. Запомни.
ГУСТАВ. Я помню.
АДА. Сейчас запишу.
АРМАН. Так и запишите.
АДА. Арман Диас. В первом отделе.
ГУСТАВ. Отделении.
АДА. Не помещается.
АРМАН. Главное поместилось.
Ада поворачивает ведомость. На строках у нее уже стоят все шестеро – под теми именами и в тех местах, на которые они согласились или которые сумели получить.
АДА. Потом подпишите.
Сцена 14. Шесть лент
Кулис больше нет. Форганг стоит на голой площадке, вокруг – свёрнутые ковры, несколько ящиков и открытое поле. Небо начинает сереть, но солнца ещё нет. Униформисты уносят последнюю секцию полотна.
Ада раскрывает пачку афиш. Жаннета вынимает из кармана большую наклейку: «ЖАННЕТА представляет».
АДА. На весь тираж наклеек не напасёшься.
ЖАННЕТА. Одной хватит. Эту повесим над входом.
Она ровно наклеивает слова над напечатанным названием на верхней афише. Получается: «ЖАННЕТА представляет – АНАТОЛИЙ ВЕЛИКИЙ И ЖАННА».
ЗУЛЬФИЯ. Криво.
ЖАННЕТА. Край совпадает со шрифтом.
ЗУЛЬФИЯ. Справа воздух.
АРМАН. Это поле просвечивает.
АДА. Клей держит.
ГУСТАВ. Над каким входом? Этот разбирают.
ЖАННЕТА. Над следующим.
Она передаёт афишу Арману. Он берёт за один край. Зульфия – за другой.
ЗУЛЬФИЯ. Куда?
ЖАННЕТА. За форганг. Отдельно от тиража.
АРМАН. Пойдём.
Арман и Зульфия выносят афишу за форганг. На мгновение она видна в сером свете поля – с именем Жаннеты наверху. Потом исчезает снаружи.
АДА. Одна ушла.
ГУСТАВ. Запиши.
АДА. Уже.
Она берёт следующую афишу из пачки, переворачивает чистой стороной вверх и кладёт на крышку ящика.
АДА. Договор. Ящик едет. Я остаюсь. Касса – Густаву. Новая ведомость – в его папке. Доля – по этой. Состав – по этой.
ГУСТАВ. А доходы?
АДА. Общие. Потом мои.
ГУСТАВ. В каком смысле?
АДА. В процентном.
Она протягивает ручку. Густав читает оборот афиши.
ГУСТАВ. Здесь ничего не написано.
АДА. Поэтому места всем хватит.
ГУСТАВ. Это не договор.
АДА. Подпиши – будет.
Густав подписывает.
АДА. Густав Шкуро.
ГУСТАВ. Я уже.
АДА. Для учёта.
Передаёт Арману и Зульфии, которые вернулись.
АРМАН. Арман Диас.
Подписывает своим именем.
ЗУЛЬФИЯ. Дай.
АРМАН. Прочитайте.
ЗУЛЬФИЯ. Я всё слышала.
АРМАН. Всё равно прочитайте.
Зульфия читает. Не торопится. Подписывает.
АДА. Зульфия Табак.
ЗУЛЬФИЯ. Я знаю.
АДА. Теперь он тоже.
Передаёт Анатолию.
АНАТОЛИЙ. Где подписывать?
АДА. За себя.
АНАТОЛИЙ. Это где?
АДА. После Зульфии.
АНАТОЛИЙ. В ящик я после неё не пойду.
ЖАННЕТА. Она не идёт в ящик.
АНАТОЛИЙ. Тогда подпишу.
Подписывает.
АДА. Анатолий Гнездов. По номеру – Жанна.
АНАТОЛИЙ. Можете написать короче.
ЖАННЕТА. Нельзя. Объявлять удобнее.
Анатолий смотрит на неё, узнавая собственную фразу, но не комментирует. Передаёт ручку Жаннете.
ЖАННЕТА. Жаннета.
Подписывает одним именем.
АДА. Фамилия?
ЖАННЕТА. На афише нет.
АДА. Точно.
Ада подписывает последней.
АДА. Шило Ада. Собственник.
ГУСТАВ. Дай посмотреть.
АДА. Все посмотрели.
ГУСТАВ. Я директор.
АДА. Ты подписал.
Анатолий уже стоит рядом с Жаннетой как ассистент и держит перед ней чёрную шляпу. Жаннета берёт подписанную афишу. Продолжая разговор, машинально складывает её в несколько раз и опускает в шляпу.
ЖАННЕТА. На первом прогоне нужен полный свет. Послушайте, Арсен…
АРМАН. Я Арман.
Пауза. Жаннета смотрит на него.
ЖАННЕТА. Вы меня сбили. Так вот, в первом отделении не задерживайте финальную реплику. Нам нужно поставить ящик до антракта.
АРМАН. Хорошо.
АДА. Афиша где?
Все смотрят на крышку ящика. Потом на руки Жаннеты. Потом на шляпу, которую держит Анатолий.
ГУСТАВ. Договор.
АРМАН. В шляпе.
ЗУЛЬФИЯ. Достань.
АДА. Там подписи.
ГУСТАВ. Все подписи.
ЖАННЕТА. Я положила в шляпу?
АНАТОЛИЙ. Возможно.
Короткая пауза. Никто не решается первым запустить руку в шляпу.
АНАТОЛИЙ. Послушайте, Жаннета…
ЖАННЕТА (после паузы). Слушаю.
АНАТОЛИЙ. А ассистент обязательно должен ложиться в ящик?
ЖАННЕТА. Каждый вечер. Мне же нужно кого-то распиливать.
Жаннета ставит чёрную шляпу на крышку ящика и сама запускает руку в шляпу. Вместо афиши вытягивает общий атласный узел. Из него расходятся шесть длинных петель, сделанных из атласных лент.
Анатолий, продолжая держать шляпу, ловит первую. Арман берёт вторую, не выпуская ручку чемодана. Зульфия хватает третью и тут же пытается освободить Арману локоть. Густав ловит четвёртую, одновременно придерживая папку. Ада берёт пятую и не выпускает ведомость. Шестая остаётся у Жаннеты.
Они отступают, чтобы расправить ленты, и немедленно запутываются: ленты проходят под руками, вокруг чемодана, через папку и ведомость. Каждый тянет в свою сторону, но узел все равно держит всех.
ЗАНАВЕС.