Действующие лица
- МАРАТ, 30 лет – программист.
- АЙНУР, 28 лет – его девушка.
- ГУЛЬНАРА, 55 лет – мать Марата и Дины.
- ЛИДИЯ ПЕТРОВНА, 51 год – подруга Гульнары, учительница математики.
- ДИНА (ДИНАРА), 19 лет – младшая сестра Марата.
- САМИР, 45 лет – специалист компании «Мадар» по релокации и семейному комплаенсу.
Место и время действия
Одна из комнат в квартире Гульнары. Большой город Центральной Азии. Начало августа, четверг, вечер.
Декорация не меняется. Посреди комнаты – стол и шесть стульев. У стены раскрыт большой чемодан. На гладильной доске – мужская рубашка. На столе – закрытый ноутбук и компактный домашний принтер. У входной двери стоят два одинаковых серых магазинных пакета. Одна дверь ведёт в прихожую, другая – в комнаты квартиры.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Эпизод 1. Рубашка
Гульнара гладит рубашку. Марат складывает вещи в раскрытый чемодан. Гульнара, не прекращая гладить, время от времени вынимает из чемодана то, что он только что положил. Марат возвращает вынутое обратно.
ГУЛЬНАРА. Уже половина восьмого, а у тебя рубашка как изо рта верблюда.
МАРАТ. Я её не беру.
ГУЛЬНАРА. Поэтому я её глажу.
МАРАТ. Там жарко.
ГУЛЬНАРА. На собеседовании у них тоже жарко?
МАРАТ. Онлайн-собеседование я уже прошёл.
ГУЛЬНАРА. Значит, будут твои проводы. На проводах ты в чём будешь?
МАРАТ. В футболке.
ГУЛЬНАРА. На собственных проводах он будет в футболке.
Она снимает рубашку с доски, складывает и кладёт в чемодан. Марат достаёт её и кладёт на стул.
МАРАТ. Мама, я ещё не уезжаю. Сегодня только очная проверка.
ГУЛЬНАРА. Сначала носки.
МАРАТ. Проверка в половине девятого. Сюда приедет Самир из «Мадара».
ГУЛЬНАРА. Чёрные носки лежат под синими. Синие не бери, они после стирки стали разными.
МАРАТ. Он должен поговорить со мной и с человеком, который указан в анкете как моя будущая супруга.
ГУЛЬНАРА. Таблетки от желудка где?
МАРАТ. Мне не нужны таблетки.
ГУЛЬНАРА. Поэтому они нужны мне. Я не могу каждый раз лететь в твой Персидский залив, когда у тебя изжога.
МАРАТ. Это закрытый семейный кампус компании «Мадар». Одиноких сотрудников там не размещают.
ГУЛЬНАРА. Ну конечно. Одиноких не размещают, а матерей даже не рассматривают.
МАРАТ. Квартира для семейных входит в оффер.
ГУЛЬНАРА. Какая квартира?
МАРАТ. Отдельная.
ГУЛЬНАРА. От кого отдельная?
МАРАТ. Ото всех.
ГУЛЬНАРА. У тебя и здесь отдельная комната.
МАРАТ. Комната – это не квартира.
ГУЛЬНАРА. Кухня общая, да, зато еда всегда есть.
МАРАТ. В новой квартире у меня будет свой ключ.
ГУЛЬНАРА. У тебя и здесь есть ключ.
МАРАТ. У тебя тоже.
ГУЛЬНАРА. Я мать. Мне положено.
МАРАТ. Там не будет положено.
ГУЛЬНАРА. Там тебе будет некому открыть, если забудешь свой.
Она осматривает чемодан.
ГУЛЬНАРА. Сколько комнат?
МАРАТ. Две спальни.
ГУЛЬНАРА. Почему две?
МАРАТ. Потому что жильё семейное.
ГУЛЬНАРА. Тебе одному и одной хватит.
МАРАТ. Я буду не один.
ГУЛЬНАРА. Ну конечно. Будешь с Айнур. Она сама работает до ночи. Кто там будет за тобой следить?
МАРАТ. Мам, мне тридцать лет.
ГУЛЬНАРА. Именно. Уже поздно начинать эксперименты.
Она открывает боковой карман чемодана и кладёт туда упаковку таблеток.
МАРАТ. Проверяющий будет смотреть кандидата вживую: как я говорю, как держусь. И заодно познакомится с моей будущей женой. В кампусе селят только законных супругов – никаких невест и гражданских браков.
ГУЛЬНАРА. А холостых?
МАРАТ. Холостых – в общежитие через дорогу, без кухни и с соседом. Поэтому я с утра дважды записал Айнур как свою жену: в основную анкету и в заявку на семейный кампус.
ГУЛЬНАРА. Дважды записал – её ни разу не спросил.
МАРАТ. Анкету нужно было закрыть до десяти тридцати утра, а с Айнур я поговорю сейчас.
ГУЛЬНАРА. У девушки тоже срок был до десяти тридцати утра?
МАРАТ. У анкеты.
ГУЛЬНАРА. А девушка у тебя бессрочная. И свидетельство о браке им нужно уже в понедельник до полудня.
МАРАТ. Откуда ты знаешь про понедельник?
ГУЛЬНАРА. У тебя всё на лице написано. То есть Айнур ты решил оставить без настоящей свадьбы?
МАРАТ. У меня дедлайн. Сроки горят.
Гульнара вынимает из чемодана три футболки.
МАРАТ. Футболки оставь, они нужны.
ГУЛЬНАРА. Они одинаковые.
МАРАТ. Это разные футболки.
ГУЛЬНАРА. Одна серая, вторая серая, третья серая.
МАРАТ. Оттенки разные.
ГУЛЬНАРА. Вот и женись на оттенке. Зачем тебе Айнур? Я вообще против.
Она оставляет одну футболку, две откладывает.
МАРАТ. Мама, этот оффер – супервыгодное предложение. Такую работу только раз в жизни предлагают.
ГУЛЬНАРА. Я не против супервыгодного предложения.
МАРАТ. Кампус безопасный.
ГУЛЬНАРА. Я не против кампуса.
МАРАТ. Значит, ты против Айнур.
ГУЛЬНАРА. Дело не в Айнур. Дело в том, что она за тобой приглядывать не будет.
МАРАТ. Я туда работать еду, а не в детский сад ходить.
ГУЛЬНАРА. Работа вечером заканчивается.
МАРАТ. У меня ненормированный график.
ГУЛЬНАРА. Тем более. И кто тебе напомнит, что уже ночь на дворе?
МАРАТ. Автоматизированная система уведомлений.
ГУЛЬНАРА. Твоя система тебя поесть не заставит.
МАРАТ. Доставку закажу.
ГУЛЬНАРА. В доставке суп вечно проливается.
МАРАТ. Можно суп не заказывать.
ГУЛЬНАРА. Нет, первое нужно есть каждый день, иначе изжога. Вот поэтому тебе рядом и нужен живой человек.
МАРАТ. Поэтому я и указал Айнур в анкете.
ГУЛЬНАРА. Анкета неправильная. Нужно было указать мать.
МАРАТ. Мам, это семейный кампус. С родителями туда пускают только на новогодний утренник.
ГУЛЬНАРА. А загранпаспорт у тебя где?
Марат останавливается.
МАРАТ. В столе.
ГУЛЬНАРА. На дне моей сумки. Ты мне его вчера сам отдал, чтобы я копию сняла.
МАРАТ. Это другое.
ГУЛЬНАРА. Ну конечно. Паспорт у матери – это забота. Паспорт у тебя – объявляй в розыск.
Она достаёт паспорт из сумки и кладёт на стол.
ГУЛЬНАРА. Лида вчера тоже свой нашла. Звонила, спрашивала, можно ли ещё его на визу подавать. Девять лет лежит без единой поездки.
МАРАТ. Почему она спрашивала тебя?
ГУЛЬНАРА. Потому что мы девять лет собираемся куда-нибудь вместе. Я ей сказала: пусть пришлёт страницу, ты посмотришь и проверишь.
МАРАТ. Мне она ничего не присылала.
ГУЛЬНАРА. Значит, ещё не прислала. Сериал смотрит.
МАРАТ. Билеты я оформил.
ГУЛЬНАРА. Видела уже.
МАРАТ. Где?
ГУЛЬНАРА. У тебя в почте.
МАРАТ. Снова лазила в мою почту?
ГУЛЬНАРА. Я просто проверила билеты. Вдруг ты с датой напутал.
МАРАТ. У меня же там пароль стоит.
ГУЛЬНАРА. Мой день рождения. Родной матери ни за что не догадаться.
МАРАТ. Даты я не путал.
ГУЛЬНАРА. В шесть сорок нормальные люди ещё спят, а не летят расписываться. Одно это уже подозрительно.
МАРАТ. Зато рейс удобный.
ГУЛЬНАРА. Кому удобный?
МАРАТ. Мне. Есть шанс незаметно уехать в аэропорт, пока ты не проснулась.
Гульнара кивает на серые пакеты у двери.
ГУЛЬНАРА. Тогда не забудь эти два пакета.
МАРАТ. Что там?
ГУЛЬНАРА. Дорожная одежда для Айнур. Я заказала два размера. Курьер утром принёс.
МАРАТ. Зачем два?
ГУЛЬНАРА. Женщина перед дорогой всегда либо худеет, либо поправляется.
МАРАТ. Айнур такое не носит.
ГУЛЬНАРА. Там будет носить. Там все носят.
МАРАТ. Мама, не надо. И Айнур не заставляй.
ГУЛЬНАРА. Я никого не заставляю. Я готовлюсь.
Входит Дина. В руках у неё строительная рулетка. Она оценивает чемодан, затем комнату и с громким треском вытягивает металлическую ленту.
ДИНА. Так. Чемодан открыт. Значит, вопрос по наследству уже уместен.
ГУЛЬНАРА. Дина! Ничего тебе не достанется.
ДИНА. Мне не нужно ничего. Мне нужна комната моего старшего брата.
Она приседает и начинает тянуть рулетку от двери к стене.
ДИНА. Двести сорок. Шикарно.
МАРАТ. Сестрёнка, я ещё здесь.
ДИНА. Я вижу. Отойди на шаг, ты стоишь на месте моего будущего туалетного столика.
Марат устало сдвигается. Дина фиксирует рулетку.
ДИНА. Поэтому пока только замеры.
ГУЛЬНАРА. Никаких замеров.
ДИНА. Мам, это не загранпаспорт. Рулетку у меня отбирать не надо.
Она подходит к стене, прикладывает рулетку.
ДИНА. Если его стол поставить вдоль окна, останется проход семьдесят два сантиметра.
ГУЛЬНАРА. Его стол никто не будет ставить вдоль окна.
ДИНА. Мам, он уезжает.
Она резко отпускает ленту; та с хлопком сматывается.
ГУЛЬНАРА. Он вернётся.
МАРАТ. Контракт на два года.
ГУЛЬНАРА. Два года пройдут быстро.
ДИНА. Для шкафа – вечность. А кровать мы на дачу вывезем или сразу сожжём?
МАРАТ. Комната будет свободна завтра с утра, если я сегодня пройду проверку.
ГУЛЬНАРА. Она не будет свободна. Вещи останутся.
ДИНА. Вещи можно перенести.
ГУЛЬНАРА. Его вещи никто никуда переносить не будет.
ДИНА. Значит, он уедет, а ты будешь здесь присматривать за его носками?
Дина прячет рулетку в карман.
ГУЛЬНАРА. Дело не в носках. Ты его комнату не получишь.
ДИНА. Я спросила у Марата.
ГУЛЬНАРА. А ответила я.
ДИНА. В нашем доме так всегда и происходит.
МАРАТ. Дина, мне нужно собраться. У меня завтра бракосочетание.
ДИНА. Ого. С кем?
ГУЛЬНАРА. С Айнур.
ДИНА. Она знает?
ГУЛЬНАРА. Она узнает. Марат с ней поговорит. Она всё поймёт.
ДИНА. Он умеет делать предложение руки и сердца?
ГУЛЬНАРА. Он всё умеет.
ДИНА. Марат, ты умеешь?
ГУЛЬНАРА. Я же сказала.
ДИНА. Понятно. Значит, и размер кольца ты сама выбрала.
Гульнара берёт выглаженную рубашку со стула и снова кладёт в чемодан. На этот раз Марат не успевает её вынуть: звонят в дверь.
Эпизод 2. Предложение
Дина идёт открыть. Гульнара мгновенно поправляет рубашку Марата, хотя она и без того сидит ровно. Входит Айнур. В руках у неё рабочая сумка.
АЙНУР. Добрый вечер.
ГУЛЬНАРА. Проходи, Айнур. Опять прямо с работы?
АЙНУР. Да.
ГУЛЬНАРА. Ужинала?
АЙНУР. Нет.
ГУЛЬНАРА. Ну конечно. Марат, вот я тебе и говорю.
АЙНУР. А что вы ему говорите?
ГУЛЬНАРА. Ничего. Поешь сначала.
МАРАТ. Айнур, нам нужно кое-что обсудить.
ГУЛЬНАРА. На голодный желудок такие дела не решают.
АЙНУР. А что мне нужно решить?
МАРАТ. Я всё рассчитал.
ДИНА. Многообещающее начало.
ГУЛЬНАРА. Дина, иди к себе.
ДИНА. А я почти у себя. Если у брата сейчас всё получится, то завтра с утра это моя комната.
МАРАТ. Айнур, завтра у нас рейс в Тбилиси. В шесть сорок утра. Регистрация в Доме юстиции в час дня. Посредник обещал сделать апостиль к четырём.
АЙНУР. Какая ещё регистрация в Тбилиси?
МАРАТ. Регистрация брака.
Марат достаёт маленькую коробочку и кладёт на стол между собой и Айнур.
АЙНУР. Нашего?
МАРАТ. Да.
Айнур берёт коробочку, но не открывает. Улыбка появляется и тут же пугает её саму.
АЙНУР. Я сейчас на секунду обрадовалась. Сама себе не поверила. На целую секунду вдруг решила, что ты выбрал меня. Хорошо, что ты сразу про апостиль сказал.
МАРАТ. Я всё рассчитал.
АЙНУР. Я так и поняла.
ДИНА. Гений.
АЙНУР. Кольцо сам выбирал?
МАРАТ. Вместе с доставкой.
ГУЛЬНАРА. А размер я подсказала.
ДИНА. Бинго.
АЙНУР. Вы знали?
ГУЛЬНАРА. Я вообще-то его мать.
АЙНУР. И поэтому во всё вмешиваетесь?
ГУЛЬНАРА. А размер кольца он бы откуда узнал?
АЙНУР. У меня бы спросил, например.
МАРАТ. Тогда не получилось бы сюрприза.
АЙНУР. Зато теперь сюрприз удался для всех, кроме твоей мамы.
Айнур кладёт коробочку обратно на стол, но пока не отодвигает от себя.
ДИНА. Просто коробочка прошла мамин контроль. В нашем доме всё так и происходит.
ГУЛЬНАРА. Дина, дай брату спокойно сделать предложение.
АЙНУР. Марат…
МАРАТ. Там всё под ключ, за один день уложимся. В пакет входят грузинский переводчик и двое местных свидетелей.
АЙНУР. Надеюсь, свидетелей хотя бы спросят.
МАРАТ. В аэропорт нужно выехать заранее. Такси я уже заказал.
АЙНУР. Подожди.
МАРАТ. Билеты оформлены. Забрал последние два места на рейсе. Багаж включён.
АЙНУР. А отпуск ты мне тоже оформил?
МАРАТ. Регистрация брака отнимет у тебя один рабочий день. У тебя есть отгулы.
АЙНУР. Ты что, посчитал мои отгулы?
МАРАТ. Ты сама мне о них говорила.
АЙНУР. И ты решил, что один отгул можно потратить на внезапную свадьбу?
ГУЛЬНАРА. Для таких событий отгулы и берут.
АЙНУР. Гульнара Каримовна, своими отгулами я сама распоряжаюсь. По крайней мере, пока.
Она смотрит на Марата.
АЙНУР. Марат, ты мне сейчас предложение делаешь?
МАРАТ. Да.
АЙНУР. Не в деловую поездку зовёшь?
МАРАТ. Нет.
АЙНУР. И не срочную задачу закрываешь?
Пауза.
МАРАТ. Тут дело в оффере.
АЙНУР. Я так и поняла.
МАРАТ. Компания «Мадар» предлагает мне хорошую работу в Персидском заливе. Отличные условия. Дают жильё. Контракт на два года.
АЙНУР. И ты хочешь, чтобы я поехала с тобой.
МАРАТ. В семейный кампус селят только с супругой.
АЙНУР. Это не ответ на мой вопрос.
ГУЛЬНАРА. Конечно, хочет. Иначе зачем ему было брать второй билет?
АЙНУР. Я сейчас не с вами разговариваю, Гульнара Каримовна.
ГУЛЬНАРА. Я просто объясняю. Он же волнуется.
МАРАТ. Я не волнуюсь.
ДИНА. Марат всё рассчитал. Марат не волнуется.
АЙНУР. А если бы не этот оффер, ты бы сделал мне предложение?
МАРАТ. Конечно. Чуть позднее.
Айнур медленно отодвигает коробочку от себя.
АЙНУР. Чуть позднее.
МАРАТ. Оффер просто ускорил процесс.
АЙНУР. Как экспресс-доставка ускоряет покупку.
МАРАТ. Мы давно вместе.
АЙНУР. Два года и восемь месяцев.
МАРАТ. Срок вполне достаточный.
АЙНУР. Для чего?
МАРАТ. Чтобы пожениться.
АЙНУР. А вчера его было ещё недостаточно?
МАРАТ. Вчера не было дедлайна по офферу.
АЙНУР. Тогда ты мне не предложение сейчас сделал. Ты предложил мне вакансию жены.
ГУЛЬНАРА. Айнур, ну зачем цепляться к словам? Главное – что он зовёт тебя замуж.
АЙНУР. Он зовёт меня в графу «семейное положение» или что там у него в анкете.
МАРАТ. Эта графа обязательна.
АЙНУР. Спасибо. С романтикой всё предельно ясно.
МАРАТ. Я всё организовал.
АЙНУР. Всё, кроме моего согласия.
МАРАТ. Твоё согласие понадобится завтра в Доме юстиции.
АЙНУР. А сегодня оно тебе, значит, не нужно?
ДИНА. Упс!
МАРАТ. Сегодня нужно пройти проверку.
АЙНУР. Какую ещё проверку?
МАРАТ. В половине девятого приедет проверяющий из «Мадара». Самир. Он смотрит меня как кандидата. И знакомится с тобой. В кампус пускают только с жёнами.
АЙНУР. Ты уже подал заявку на кампус?
МАРАТ. Да.
АЙНУР. И кто же там вписан вместе с тобой?
МАРАТ. Ты.
АЙНУР. С каких это пор?
МАРАТ. С десяти тридцати утра.
АЙНУР. То есть ты вписал меня в свой контракт ещё утром?
МАРАТ. Да, потому что дедлайн. Я же уже объяснял.
АЙНУР. И весь день молчал?
МАРАТ. Я хотел сначала нормально сделать предложение.
ДИНА. Гениально.
АЙНУР. Сначала зачислил в штат на позицию жены, а потом сделал предложение?
ГУЛЬНАРА. Он просто был уверен, что ты согласишься.
АЙНУР. Я сейчас не с вами разговариваю, Гульнара Каримовна.
ГУЛЬНАРА. А я за него отвечаю, потому что он всё не так объясняет.
АЙНУР. Как раз всё он объясняет правильно.
МАРАТ. Анкета – это предварительные данные.
АЙНУР. А я – предварительная жена?
МАРАТ. До регистрации – да.
ДИНА. Демоверсия.
МАРАТ. Завтра будет официальное свидетельство о браке.
ДИНА. Активация полной версии.
ГУЛЬНАРА. Дина!
ДИНА. Да я здесь просто как техподдержка.
АЙНУР. Попроси перенести проверку.
МАРАТ. Следующее окно только в среду. А оффер нужно оформить до понедельника, до двенадцати. Иначе место уходит резервному кандидату.
АЙНУР. Это компания сказала или ты сам так решил?
ГУЛЬНАРА. Это написано в письме отдела кадров.
МАРАТ. Мам.
ГУЛЬНАРА. Я просто проверила.
АЙНУР. Хорошо, что твоя мать не пропускает ни одного твоего письма.
МАРАТ. В понедельник я уже не выхожу на старую работу. Перенос на среду слишком рискованный.
АЙНУР. Для кого рискованный?
МАРАТ. Для оффера.
АЙНУР. А для нас?
МАРАТ. Мы полетим вместе.
АЙНУР. И это опять не ответ.
МАРАТ. Зато так надёжнее.
АЙНУР. Надёжнее... У нашей квартиры будет дверь?
МАРАТ. Да.
АЙНУР. А у Гульнары Каримовны будет от неё ключ?
ГУЛЬНАРА. Зачем мне ключ от квартиры в другой стране?
ДИНА. Туда же нельзя приезжать на каждые выходные.
МАРАТ. Ключи будут только у жильцов. У меня и у тебя. У мамы ключа не будет.
АЙНУР. По-моему, ты этому рад больше, чем своей завтрашней женитьбе.
МАРАТ. Мы же сейчас обсуждаем переезд.
АЙНУР. Нет. Мы обсуждаем причину. Ты хочешь на мне жениться или просто съехать от мамы?
МАРАТ. Я рассчитывал это совместить.
Айнур резко придвигает коробочку с кольцом к Марату.
АЙНУР. Нет.
МАРАТ. Вылет завтра утром.
АЙНУР. Слышала.
МАРАТ. Запись в Доме юстиции на час дня.
АЙНУР. Я уже выучила твоё расписание, Марат.
МАРАТ. Перенос невозможен.
АЙНУР. Ну так и не переноси.
ГУЛЬНАРА. Айнур, сядь. Ты устала. Поешь – потом нормально поговорите.
АЙНУР. Вы тут и без меня нормально поговорили.
ГУЛЬНАРА. Я за тебя ничего не решала.
АЙНУР. Пока нет.
Айнур берёт сумку.
МАРАТ. Я всё организовал. Отменить можно только такси в аэропорт.
АЙНУР. Вот видишь. Хоть что-то, оказывается, можно отменить.
Она идёт к двери, замечает два серых пакета.
АЙНУР. А это что?
ГУЛЬНАРА. Ничего. Дорожное.
МАРАТ. Мама заказала тебе одежду для Персидского залива, которую никто не требовал.
АЙНУР. Тоже размер выбирали?
ГУЛЬНАРА. Два.
АЙНУР. Тогда одного моего отказа вам точно мало.
Айнур уходит.
ГУЛЬНАРА. Я же говорила, что ты никуда не уедешь.
ДИНА. Ты потеряешь работу только из-за того, что им нужна жена?
МАРАТ. Жена нужна к понедельнику. Жениться, правда, теперь не на ком.
ГУЛЬНАРА. Подай заявку на общежитие. Может, они смогут поселить меня вместо соседа.
МАРАТ. Поздно. К тому же не факт, что они бы дали оффер холостому. У них там традиционные ценности.
ДИНА. Можно объявление подать: «Срочно ищу жену для Персидского залива. Никаб и абайя уже куплены».
МАРАТ. Тебе всё шуточки.
ДИНА. Я бы на месте Айнур тоже не согласилась. Ты мог хотя бы на одно колено встать.
Гульнара берёт коробочку с кольцом, оценивающе вертит её в руках и возвращает Марату.
ГУЛЬНАРА. И коробочка маловата.
МАРАТ. Это стандартный размер.
ГУЛЬНАРА. А ситуация у тебя нестандартная. В том-то и дело.
Она берёт телефон.
ГУЛЬНАРА. Никуда не уходи. Я позвоню Лиде.
ДИНА. Зачем звонить тёте Лиде?
ГУЛЬНАРА. Она всегда меня выручала. Что-нибудь придумаем.
МАРАТ. Мама, не надо. Я сам что-нибудь придумаю.
ГУЛЬНАРА. Вот это ты скажешь, когда я тебя спрошу. А я тебя пока не спрашиваю.
Гульнара выходит.
Эпизод 3. Двадцать ноль две
Марат открывает ноутбук. Дина остаётся у стола. Коробочка с кольцом лежит рядом с компьютером.
ДИНА. Мама опять решила взять всё в свои руки.
МАРАТ. До проверки полчаса.
ДИНА. Придумывай что-нибудь.
МАРАТ. Можно сказать Самиру, что моя жена внезапно заболела, её положили в больницу.
ДИНА. Тогда почему ты здесь, а не у неё в палате?
МАРАТ. Она в реанимации, туда не пускают.
ДИНА. А можно просто не врать. Позвонить Айнур и сделать вторую попытку.
МАРАТ. Мы с ней за полчаса отношения не выясним. Это минимум на всю ночь разговоров.
Входит Гульнара.
ГУЛЬНАРА. Дина, ты переезжаешь в эту комнату.
МАРАТ. А я?
ГУЛЬНАРА. А ты летишь в Грузию, а потом с женой в Персидский залив.
МАРАТ. Айнур отказалась.
ГУЛЬНАРА. Поэтому у тебя будет другая жена.
ДИНА. Кто?
МАРАТ. Кто?
ГУЛЬНАРА. Лида.
МАРАТ. Тётя Лида?
ДИНА. Мам, жена – это не доставка на дом.
ГУЛЬНАРА. Доставка не взяла бы трубку с первого раза.
МАРАТ. Она что, согласилась?
ГУЛЬНАРА. Она согласилась прийти и выслушать твое предложение.
ДИНА. Это не одно и то же.
ГУЛЬНАРА. Для начала достаточно. И проверь почту, она должна была отправить тебе скан своего загранпаспорта.
Марат проверяет почту на ноутбуке.
ГУЛЬНАРА. Я сказала, что ты проверишь срок действия паспорта и посчитаешь переоформление билета.
ДИНА. Срок и билет. Но не брак же.
ГУЛЬНАРА. Ваш брак она обсудит здесь.
МАРАТ. Технически можно успеть внести ее данные в анкету до сегодняшней проверки.
ДИНА. Марат, она тебя старше на двадцать лет.
ГУЛЬНАРА. На двадцать один. Ей пятьдесят один год, ему тридцать. Не делай из арифметики трагедию.
ДИНА. Я делаю трагедию из того, что вы уже открыли анкету.
МАРАТ. В десять тридцать закрылась сама квота на семейный кампус. Квоту я застолбил, а паспортные данные сопровождающего внутри заявки система даёт редактировать до полуночи.
ДИНА. Закрой анкету. Иди к Айнур. Встань на колени. Проси прощения.
ГУЛЬНАРА. Не мешай брату поправлять своё семейное положение.
ДИНА. Мам, ты же сама была против его отъезда. Кто там за ним присмотрит?
ГУЛЬНАРА. Лида присмотрит. Она и стряпает хорошо. С ней ему таблетки от изжоги не понадобятся.
Гульнара вытаскивает из чемодана упаковку таблеток и оставляет на столе.
ДИНА. Он Айнур любит, а не тетю Лиду.
ГУЛЬНАРА. Айнур может к нему в отпуск прилетать. Или в отгулы. Она же ими сама распоряжается.
МАРАТ. Поле приняло данные.
ДИНА. Что ты сделал?
МАРАТ. Поставил тетю Лиду как сопровождающее лицо.
ДИНА. До того, как она пришла?
МАРАТ. Поле было открыто для изменений.
ДИНА. Во сколько ты внёс туда Айнур?
МАРАТ. В десять тридцать.
Дина смотрит на часы в телефоне.
ДИНА. А тетю Лиду внёс в двадцать ноль две. Ваш брак с Айнур не продержался и десяти часов.
МАРАТ. Я же сказал ей, что данные предварительные.
ГУЛЬНАРА. Айнур сама отказалась.
ДИНА. Она отказалась сгоряча. Зачем стирать её фамилию, если до понедельника ещё есть время?
МАРАТ. Фамилия осталась в истории изменений. При необходимости можно откатиться к предыдущей версии.
ДИНА. Ты сейчас говоришь о ней как о сохранённом файле.
МАРАТ. Я говорю об анкете.
ДИНА. Удобно. Анкета не будет выяснять отношения.
ГУЛЬНАРА. Ты такси в аэропорт отменил?
МАРАТ. Не успел.
ГУЛЬНАРА. И правильно. А билет?
МАРАТ. В принципе, тоже можно переоформить.
ДИНА. Алло! Тетя Лида ещё даже не пришла сюда.
МАРАТ. Билет можно потом тоже откатить к предыдущей версии.
ДИНА. А её согласие?
ГУЛЬНАРА. Лида всегда меня выручала.
Пауза.
МАРАТ. Билет переоформлен. Место у прохода.
ДИНА. Поверить не могу. За одну минуту тетя Лида стала невестой вместо Айнур и получила её место у прохода.
МАРАТ. Мне хуже. Я полечу посередине.
ДИНА. Действительно, трагедия.
ГУЛЬНАРА. Распечатай билет. Человек должен видеть, что предложение настоящее.
Марат нажимает кнопку на клавиатуре. Принтер оживает и с жужжанием выдаёт страницу.
ДИНА. А предложение руки и сердца ему распечатывать не нужно?
ГУЛЬНАРА. Лида взрослая женщина. Ей не нужны эти приседания на одно колено.
ДИНА. А взрослый мужчина ей нужен?
ГУЛЬНАРА. Он за столом.
ДИНА. Я вижу только программиста с ноутбуком.
Звонок в дверь.
ГУЛЬНАРА. А теперь увидишь взрослую женщину. Убери рулетку.
ДИНА. Не уберу. На ней хотя бы деления честные.
Она идёт открывать.
Эпизод 4. Смотрины
Дина возвращается. За ней входит Лидия Петровна. В руках у неё небольшая сумка и папка с документами. Она в домашнем, но с уложенными волосами: собиралась пять минут.
ЛИДИЯ. Добрый вечер. Гуля, что случилось?
ГУЛЬНАРА. Ничего не случилось. Садись.
ЛИДИЯ. Ты по телефону сказала «беда».
ГУЛЬНАРА. Я сказала «дело».
ЛИДИЯ. Ты сказала «беда», я взяла паспорт и полис.
ДИНА. Полис не понадобится. Это не страховой случай.
ГУЛЬНАРА. Лида, садись. Марат, встань.
Марат встаёт из-за стола. Лидия садится, оглядывает комнату: чемодан, гладильную доску, коробочку с кольцом.
ЛИДИЯ. У вас кто-то уезжает.
ГУЛЬНАРА. Марат уезжает.
ЛИДИЯ. Поздравляю.
ГУЛЬНАРА. Пока не с чем.
ЛИДИЯ. А паспорт мой зачем?
ГУЛЬНАРА. Ты просила проверить срок.
ЛИДИЯ. Это я просила три дня назад.
ГУЛЬНАРА. А сегодня появилась возможность.
Лидия кладёт папку на стол.
ЛИДИЯ. Гуля. Говори нормально.
ГУЛЬНАРА. Марат женится.
ЛИДИЯ. Ну наконец-то. На Айнур?
ГУЛЬНАРА. На тебе.
Пауза.
ЛИДИЯ. Дина, у мамы давление мерили сегодня?
ДИНА. Мерили. Сто двадцать на восемьдесят. Она в здравом уме, и это самое страшное.
ЛИДИЯ. Гуля, мне пятьдесят один.
ГУЛЬНАРА. Я знаю. Я была на твоём юбилее.
ЛИДИЯ. Ему тридцать.
ГУЛЬНАРА. Я была и на его тридцатилетии.
ЛИДИЯ. Я его на руках держала.
ГУЛЬНАРА. А теперь подержишь под руку.
ЛИДИЯ. Марат, а ты чего молчишь?
МАРАТ. Жду, когда у вас закончатся воспоминания.
ЛИДИЯ. Я могу тебя и на горшке вспомнить.
ГУЛЬНАРА. Марат, скажи ей.
Марат берёт со стола распечатанный лист.
МАРАТ. Тетя Лида! То есть Лидия Петровна. Компания «Мадар» предлагает мне работу в Персидском заливе. Контракт на два года. Жильё в закрытом семейном кампусе, две спальни, коммунальные расходы включены. Медицинская страховка на сотрудника и на его супругу.
ЛИДИЯ. Так. Это ты сейчас мне предложение делаешь?
МАРАТ. Я излагаю условия.
ДИНА. Второе предложение руки и сердца за вечер, и оба по бумажке. Прогресса ноль.
ЛИДИЯ. А первое кому было?
ДИНА. Айнур.
ЛИДИЯ. И что она?
ДИНА. Ушла.
ЛИДИЯ. Умная девочка.
ГУЛЬНАРА. Лида!
ЛИДИЯ. Что «Лида»? Я говорю то, что вижу. Мальчик собрал чемодан раньше, чем спросил невесту.
МАРАТ. Чемодан собрала мама.
ЛИДИЯ. Тем более.
Гульнара садится напротив Лидии.
ГУЛЬНАРА. Лида. Вылет завтра в шесть сорок. Место у прохода. Регистрация в Тбилиси в час дня. Свидетельство о браке он должен принести в отдел кадров в понедельник. Айнур сказала «нет». Ты мне девять лет говоришь, что хочешь куда-нибудь поехать.
ЛИДИЯ. Я говорю «в Турцию». На неделю. С тобой.
ГУЛЬНАРА. А тут на два года и с моим сыном. Там тоже море.
ЛИДИЯ. Это не одно и то же, Гуля.
ГУЛЬНАРА. Это лучше.
ЛИДИЯ. Это брак. Замужество.
ГУЛЬНАРА. Замужество – это тоже поездка. Просто длинная. И вдвоём.
Дина берёт со стола коробочку с кольцом и вертит её.
ДИНА. Тёть Лид, не соглашайтесь. Кольцо выбирала мама.
ЛИДИЯ. Я поняла это раньше, чем вошла.
МАРАТ. Кольцо можно поменять.
ЛИДИЯ. Марат, я даже спорить не буду. Я сейчас скажу один раз, а вы все послушайте.
Все замолкают.
ЛИДИЯ. Замуж за тебя я не пойду. Ни завтра, ни в понедельник. Я двадцать три года была замужем и знаю, чем это заканчивается, если начинается с расписания.
ГУЛЬНАРА. Лида, ты не дослушала.
ЛИДИЯ. Я дослушала до Тбилиси с местом у прохода. Дальше уже неинтересно.
Лидия берёт папку и встаёт.
МАРАТ. Тогда всё.
ГУЛЬНАРА. Что «всё»?
МАРАТ. Через двадцать минут придёт проверяющий от компании. Один я ему не нужен.
ЛИДИЯ. Как это не нужен? Ты же хороший специалист.
МАРАТ. Специалист хороший. Но холостой.
ЛИДИЯ. И что?
МАРАТ. В семейный кампус холостых не селят. Значит, разговор будет короткий и не в мою пользу.
ДИНА. Брошен одной, брошен другой, потом уволен. Насыщенный вечер холостого специалиста.
ЛИДИЯ. Никто тебя ещё не уволил.
МАРАТ. Пока нет.
Лидия останавливается у двери. Смотрит на два серых пакета.
ЛИДИЯ. А это что за пакеты?
ГУЛЬНАРА. Это дорожное.
Гульнара поднимает оба пакета, ставит на стол и раскрывает. Достаёт две длинные чёрные абайи с никабами: одну просторнее, другую поменьше. Ткань струится до пола.
ЛИДИЯ. Гуля.
ГУЛЬНАРА. Я заказала два размера. Для Айнур.
ЛИДИЯ. Айнур ушла.
ГУЛЬНАРА. Но размеры остались.
Пауза. Лидия смотрит на абайю. Марат смотрит на Гульнару. Дина смотрит на всех.
ДИНА. Мам. Даже не думай об этом.
ГУЛЬНАРА. Я предлагаю выход.
ДИНА. Ты сейчас серьёзно?
МАРАТ. Мама, это не выход.
ГУЛЬНАРА. А какой у тебя вариант? Что-нибудь придумал?
Марат молчит.
ГУЛЬНАРА. Самир приходит в половине девятого. Он видит хорошего специалиста и его жену. Жена в никабе и абайе, потому что жена уважает страну, куда едет. Он задаёт три вопроса, получает три ответа и уходит довольный.
ЛИДИЯ. Каких три вопроса?
ГУЛЬНАРА. Откуда я знаю. Он же не мне их задаст.
ДИНА. Мам, это не «выход». Это подлог.
ГУЛЬНАРА. Это одежда.
МАРАТ. Стоп.
Он берёт абайю, взвешивает её в руке, кладёт обратно.
МАРАТ. Давайте по существу. Сегодня решается только одно: приходит Самир и видит меня женатым или холостым. Всё остальное можно решить до понедельника.
ЛИДИЯ. Ты женат?
МАРАТ. Нет.
ЛИДИЯ. Тогда что он увидит?
МАРАТ. Женщину рядом со мной. Отсутствие женщины выглядит хуже, чем любая женщина в никабе.
ДИНА. Ты сам себя-то слышишь?
МАРАТ. Слышу. Отсутствие женщины – это ноль. Любая женщина – это единица. Единица лучше нуля.
ЛИДИЯ. Я – единица.
МАРАТ. Вы женщина, которая сегодня может просто постоять в этой комнате. Больше у меня никого нет.
ЛИДИЯ. Спасибо, Марат. Такого красивого предложения мне никогда не делали.
Дина подходит к матери.
ДИНА. Мам, отойди на минуту. Тёть Лид, послушайте меня.
ГУЛЬНАРА. Дина.
ДИНА. Я быстро. Тёть Лид, вопрос стоит так: сегодня вечером в этой комнате должна постоять женщина. Один час. Айнур сейчас на взводе и правильно на взводе. Через два дня она остынет, они помирятся, и в понедельник в отдел кадров он пойдёт с ней.
МАРАТ. Это не факт.
ДИНА. Это единственный вариант, при котором ты не идиот. Держись за него.
ЛИДИЯ. То есть я нужна как затычка на один вечер.
ДИНА. Вы нужны как пауза. Чтобы у них было время.
ГУЛЬНАРА. А если Айнур не остынет?
ДИНА. Остынет.
ГУЛЬНАРА. А если нет? Если она будет и дальше нос воротить, то Лида с ним и поедет. И правильно поедет. Там жарко, там все ходят закрытые, и никто никогда не разберёт, кто из них какого года рождения.
Пауза.
ДИНА. Да. Наотмашь.
ЛИДИЯ. Гуля, ты сейчас про что?
ГУЛЬНАРА. Я про то, что тебе пятьдесят один, и ты сидишь одна в двух комнатах с телевизором.
ЛИДИЯ. У меня хороший телевизор.
ГУЛЬНАРА. Он тебе борщ не хвалит.
ЛИДИЯ. Твой сын тоже не будет.
ГУЛЬНАРА. Будет. Я его научила.
Лидия долго смотрит на абайю.
ЛИДИЯ. Девять лет.
ГУЛЬНАРА. Что «девять лет»?
ЛИДИЯ. Паспорт девять лет лежит. Одна отметка – о выдаче. Мы с тобой девять лет собираемся, и каждый раз то у тебя огород, то у меня зубы.
ГУЛЬНАРА. В этом году у меня огорода нет.
ЛИДИЯ. В этом году у тебя сын уезжает.
Она берёт большую абайю в руки.
ЛИДИЯ. Значит, так. Замуж я не иду. Ни завтра, ни в понедельник, ни в среду. Это я сказала и повторять не буду.
МАРАТ. Понял.
ЛИДИЯ. Сегодня вечером я постою здесь один час. Потому что ты, Гуля, моя подруга, и он вырос у меня на глазах, а сейчас смотрит, как побитая собака.
МАРАТ. Я нормально смотрю.
ДИНА. Ты смотришь как человек, у которого закончились варианты.
ЛИДИЯ. А если через два дня эта девочка так и не вернётся – тогда поговорим ещё раз. Только уже без раскрытого чемодана и без кольца, которое выбирала твоя мать.
ГУЛЬНАРА. Вот и умница.
ЛИДИЯ. Я не умница. Я девять лет никуда не ездила и хочу посмотреть заграницу. Пусть даже через щёлочку никаба.
Лидия перекидывает абайю через руку.
ЛИДИЯ. Ну что, примерим.
Эпизод 5. Репетиция
Лидия надевает абайю поверх одежды. Гульнара помогает расправить подол. Марат раскладывает на столе распечатки. Дина сидит на подлокотнике и не участвует.
ГУЛЬНАРА. Подол не должен волочиться. Но и щиколотки открывать нельзя.
ЛИДИЯ. А между этими двумя катастрофами есть промежуток?
ГУЛЬНАРА. Есть. Сантиметра три.
Лидия делает несколько шагов и наступает на подол.
ЛИДИЯ. Ох. Три сантиметра я уже потратила.
ГУЛЬНАРА. Шаг короче. И не размахивай руками.
ЛИДИЯ. Я всю жизнь размахиваю руками.
ГУЛЬНАРА. Один час не размахивай.
Лидия идёт от двери к столу, придерживая подол.
ДИНА. Как учительница на линейке.
ЛИДИЯ. Я тридцать лет учительница на линейке.
МАРАТ. Теперь никаб.
Гульнара прикладывает никаб. Лидия отстраняется.
ЛИДИЯ. Погоди. Я в этом дышать смогу?
ГУЛЬНАРА. Женщины в этом живут.
ЛИДИЯ. Женщины в этом выросли. А я двадцать минут назад сериал смотрела.
Гульнара закрепляет никаб. Видны только глаза.
ГУЛЬНАРА. Ну вот.
ДИНА. Тёть Лид, скажите что-нибудь.
ЛИДИЯ. Что сказать?
ДИНА. Да… Уже ничего.
МАРАТ. Да, здесь проблема. Голос не подходит.
ЛИДИЯ. А что с моим голосом не так?
МАРАТ. С вашим голосом всё в порядке. Просто ему пятьдесят один год.
ЛИДИЯ. А тебе, значит, тридцать, и ты у нас поёшь как ангел.
ГУЛЬНАРА. Лида. Он прав. Ткань лицо закрывает, а голос не закрывает.
ДИНА. То есть план такой: женщина в никабе, стоит и молчит.
ГУЛЬНАРА. Женщина стоит, кивает и молчит.
ЛИДИЯ. Целый час?
МАРАТ. Минут сорок, не больше.
ЛИДИЯ. Марат, я сорок лет не молчала сорок минут подряд.
ДИНА. Мам, ты слышишь, как это звучит?
ГУЛЬНАРА. Звучит нормально. Скромная жена.
ДИНА. Немая жена звучит лучше.
ГУЛЬНАРА. Нет, пусть будет просто скромная. Язык ей еще может понадобиться. В понедельник, например.
ЛИДИЯ. Гуля, если ему нужна была немая жена, надо было сразу писать это в объявлении.
ДИНА. Не в объявлении. В требованиях к вакансии жены.
Марат берёт лист и ручку.
МАРАТ. Тогда короткая договорённость – я запишу, чтобы не забыть. Если проверяющий спросит вас напрямую – вы киваете. Если нужно ответить – отвечаю я.
ЛИДИЯ. А если он спросит, как меня зовут?
МАРАТ. Отвечу я.
ЛИДИЯ. А если он спросит, сколько мне лет?
МАРАТ. Такое не спрашивают.
ЛИДИЯ. В нашем доме спрашивают. Твоя мать вчера у соседки спросила.
ГУЛЬНАРА. Я спросила про её квартиру.
ЛИДИЯ. Ты спросила, за сколько она её получила, когда и от кого.
Марат быстро записывает.
МАРАТ. Дальше. Знакомы мы четыре года.
ЛИДИЯ. Марат, я тебя с пеленок знаю.
МАРАТ. То есть четыре года мы как пара.
ЛИДИЯ. А до этого мы кто были?
ГУЛЬНАРА. Соседи.
ЛИДИЯ. Я жила в другом районе.
ГУЛЬНАРА. Ну и что? Соседи по городу.
ДИНА. Мам, ты сейчас на ходу сочиняешь биографию живому человеку.
ГУЛЬНАРА. Я же не всю жизнь ему сочиняю. Всего четыре года.
МАРАТ. Познакомились мы на курсах.
ЛИДИЯ. На каких курсах?
МАРАТ. На любых. Английский, например.
ЛИДИЯ. Я математику преподаю.
МАРАТ. Тем более. Вы преподавали, я учился.
ЛИДИЯ. Марат, я твою сестру учила дробям.
ДИНА. Я у Лидии Петровны всегда домашку делала.
ЛИДИЯ. А теперь я, значит, учила тебя английскому, влюбилась и поехала вместе в Персидский залив.
ГУЛЬНАРА. Какая красивая история. Как в сериале.
ЛИДИЯ. Гуля, это не история. Это заявление в милицию.
Дина встаёт.
ДИНА. Нет, мне это не нравится. Это уже слишком далеко заходит. Марат. Позвони Айнур.
МАРАТ. Не сейчас.
ДИНА. Сейчас. Одна минута. Скажи: я идиот, приезжай, я всё отменю.
МАРАТ. Я не могу отменить понедельник.
ДИНА. Ты можешь отменить сегодняшний спектакль.
МАРАТ. Тогда не будет и понедельника.
ДИНА. Ты не понимаешь. Если она узнает вот про это, – (она показывает на абайю), – всё, никакого примирения не будет.
МАРАТ. Она не узнает. Ей просто никто не расскажет.
ДИНА. Ты в этом уверен?
Гульнара расправляет на Лидии абайю.
ГУЛЬНАРА. Дина, не мешай. Лида, повернись.
ЛИДИЯ. Гуля, а вот скажи мне. Там, куда он едет, женщина работать может?
ГУЛЬНАРА. Зачем тебе работать?
ЛИДИЯ. Я тридцать лет работаю.
ГУЛЬНАРА. Вот там и отдохнёшь.
ЛИДИЯ. А выходить из этого кампуса можно?
ГУЛЬНАРА. Конечно можно. С мужем.
ЛИДИЯ. А одной?
ГУЛЬНАРА. Зачем тебе одной?
ЛИДИЯ. Затем, что я двадцать минут назад была свободным человеком с телевизором. А теперь даже не знаю.
МАРАТ. Тётя Лида, эти вопросы никто сегодня задавать не будет.
ЛИДИЯ. Их задаю я.
МАРАТ. А ответы я узнаю на месте.
ЛИДИЯ. То есть ты зовешь жену ехать с тобой на два года в страну, про которую сам ничего не знаешь.
МАРАТ. Я знаю про контракт.
ЛИДИЯ. Контракт – это не страна.
ДИНА. Знание местных реалий: прочерк.
Марат складывает лист.
МАРАТ. Прогоняем вход. Звонок в дверь – открывает Дина. Тётя Лида стоит вот здесь, у стола. Не у двери. У двери стоят те, кто собирается уходить.
ЛИДИЯ. Логично.
МАРАТ. Я вас представляю. Вы киваете. Садимся. Мама предлагает чай.
ГУЛЬНАРА. Чай уже заварен.
МАРАТ. Он не пьёт наш чай.
ГУЛЬНАРА. Все пьют мой чай.
МАРАТ. Он в самолётах с шести утра.
ГУЛЬНАРА. Тем более.
Лидия делает пробный проход к столу и садится.
ЛИДИЯ. Так?
МАРАТ. Спину прямее.
ЛИДИЯ. Я и так прямая.
МАРАТ. И руки на колени.
Лидия кладёт руки на колени. Пауза. Все смотрят на неё.
ЛИДИЯ. Мне это не нравится.
ГУЛЬНАРА. Всего час.
ЛИДИЯ. Марат сказал «сорок минут».
МАРАТ. Не больше.
ЛИДИЯ. Тогда давайте считать с этой минуты.
ГУЛЬНАРА. Лида, встань.
Лидия встает. Гульнара еще раз критически ее оглядывает.
ГУЛЬНАРА. Пойдем в мою комнату, там зеркало большое. Надо что-то с подолом сделать.
Гульнара уводит Лидию во внутреннюю комнату – проверить, как сидит подол. Марат собирает листы и уходит следом с ноутбуком. Дина остаётся одна. Смотрит на вторую абайю, оставшуюся на столе. Складывает её и убирает в серый пакет.
Эпизод 6. Серый пакет
Дина одна. Достаёт телефон, набирает. Долго ждёт. Пока идут гудки, относит серый пакет в прихожую и оставляет его там, у порога.
ДИНА. Айнур, не сбрасывай… Знаю, что не хочешь… Тридцать секунд.
Она возвращается в комнату.
ДИНА. Нет, не он. Он бы не позвонил, он бы написал. И заполнил тему письма.
Пауза.
ДИНА. Айнур, слушай. Я тебе сейчас скажу вещь, после которой ты, наверное, приедешь и всех нас убьёшь. Но если я не скажу, ты узнаешь через неделю, и тогда убивать будешь дольше.
Пауза.
ДИНА. У нас дома тётя Лида… Да, та самая. Мамина подруга, которая тебе на день рождения полотенца дарила.
Пауза.
ДИНА. Она сегодня побудет женой Марата. Один вечер. Приедет этот проверяющий Самир, она постоит в углу и покивает.
Пауза.
ДИНА. Не смеюсь. Я бы очень хотела смеяться.
Пауза.
ДИНА. Как-как. В абайе и никабе. Мама заказала два комплекта. Помнишь два серых пакета у двери? Вот это они и были.
Пауза.
ДИНА. Я знаю, что это дичь. Я им это сказала. Меня выслушали и продолжили примерку.
Пауза. Дина садится на стул.
ДИНА. Айнур, теперь главное. Я тебе звоню не поэтому. Я звоню, потому что мама сказала вслух вот такую фразу: если Айнур будет и дальше нос воротить, Лида с ним и туда поедет. И добавила, что там всё равно все закрытые и разницу в возрасте никто не заметит.
Пауза. Длинная.
ДИНА. Я не пересказываю. Я цитирую… Нет. Она не пошутила. Она это два раза повторила.
Пауза.
ДИНА. Что «а он»? Он стоял рядом и считал минуты до звонка в дверь. А перед этим, ровно в двадцать ноль две, вбил тётю Лиду в анкету вместо тебя и переоформил на неё твой билет в Тбилиси. Да, на твоё место у прохода.
Пауза.
ДИНА. Айнур, дыши. Послушай меня. Ты сейчас злишься правильно. Но давай по порядку. Он уедет в понедельник или не уедет вообще. Если он сегодня провалит эту встречу, он останется здесь, но останется он злой и с мамой. Тебе такой нужен?
Пауза.
ДИНА. Вот и я думаю, что не нужен.
Пауза.
ДИНА. Поэтому план такой. Самир уйдёт в половине десятого. Я тебе напишу одно слово: «ушёл». Ты приезжаешь. Дверь я на замок закрывать не буду, будет на защёлке, просто толкнёшь. Заходишь, и вы наконец разговариваете. Без меня, без мамы и без тёти Лиды.
Пауза.
ДИНА. После. Не во время. Слышишь? После моего сообщения.
Пауза.
ДИНА. Айнур. Ещё раз. После.
Пауза.
ДИНА. Ну вот и хорошо.
Пауза.
ДИНА. Договорились. Жди слово.
Она заканчивает вызов. Идёт в прихожую, приоткрывает входную дверь, поворачивает защёлку. Возвращается.
ДИНА. Какой сумасшедший вечер. Просто шикарно.
Эпизод 7. До звонка
Возвращаются Гульнара и Лидия. Лидия в абайе и никабе, идёт медленно, придерживая подол. Следом Марат с ноутбуком и распечатками.
ГУЛЬНАРА. Ну? Как?
ДИНА. Никак. Не видно ничего.
ГУЛЬНАРА. Вот именно.
Марат ставит ноутбук на стол, закрывает его.
МАРАТ. Ноутбук убираю. Он подумает, что я работаю во время разговора.
ГУЛЬНАРА. Ты и работаешь во время разговора. Всегда.
МАРАТ. Сегодня не буду.
Гульнара оглядывает комнату, поправляет стулья.
ГУЛЬНАРА. Чемодан убрать?
МАРАТ. Оставить. Чемодан – это хорошо. Видно, что человек собирается.
ЛИДИЯ. А то, что я собираюсь, по мне видно?
МАРАТ. По вам видно, что вы уже собрались.
ДИНА. По ней видно, что она в засаде.
ГУЛЬНАРА. Дина, а где второй пакет?
ДИНА. В прихожей.
ГУЛЬНАРА. Зачем в прихожей?
ДИНА. Затем, что дорожное стоит у двери. Ты сама так сказала.
ГУЛЬНАРА. Я сказала – у двери, а не в прихожей.
ДИНА. В прихожей и есть дверь.
МАРАТ. Дина, это неважно.
Гульнара идёт к внутренней двери, оборачивается.
ГУЛЬНАРА. Дверь на замок закрой.
ДИНА. Закрыла на защёлку.
ГУЛЬНАРА. Я сказала на замок.
ДИНА. Мам, он через две минуты позвонит. Зачем мне туда-сюда бегать?
ГУЛЬНАРА. Тогда сама и открывай.
Марат в последний раз проходит по комнате.
МАРАТ. Ещё раз. Тётя Лида стоит здесь. Я её представляю. Все вопросы – мне. Что бы он ни спросил – мне. Главное, ничего не говорите без меня.
Лидия смотрит на него сквозь щель никаба.
ЛИДИЯ. Марат.
МАРАТ. Да?
ЛИДИЯ. Будешь мне приказывать – я с ним сама поздороваюсь.
МАРАТ. Потерпите. Сорок минут. Не больше.
ЛИДИЯ. Тридцать восемь.
Звонок в дверь. Все замирают.
ГУЛЬНАРА. Ну?
Никто не двигается.
ЛИДИЯ. Стойте где стоите. Открывать пойду я.
МАРАТ. Тётя Лида, вам нельзя к двери, вы же…
ЛИДИЯ. Я хозяйка. Хозяйка встречает гостя.
Она идёт к двери – медленно, придерживая подол, очень прямая. Звонок повторяется.
ЛИДИЯ. Иду!
Все трое одновременно шипят на неё. Лидия останавливается.
ЛИДИЯ. Всё. Молчу.
ДИНА. Я сейчас умру от страха.
Затемнение.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Эпизод 8. Всё прошло хорошо
Та же комната. Прошло около сорока минут. Самир сидит у стола, перед ним закрытая папка и стакан чая, к которому он не притронулся. Марат напротив. Гульнара стоит у внутренней двери. Лидия в абайе и никабе сидит чуть в стороне, очень прямо, руки на коленях. Дина у окна.
САМИР. …и последнее. Вы пишете, что вели проект вдвоём с коллегой. Что делали вы, а что он?
МАРАТ. Он писал бэкенд платежей. Я – всё остальное и разбор аварий.
САМИР. Аварии часто были?
МАРАТ. Первые полгода – каждую неделю. Потом раз в месяц.
САМИР. А почему стало реже?
МАРАТ. Потому что я перестал чинить и начал переписывать.
Самир кивает, делает короткую пометку.
САМИР. Хороший ответ. У нас в кампусе половина людей чинит.
ГУЛЬНАРА. Он с детства такой. Если что-то сломается – он не чинит, он разбирает до конца.
САМИР. Это вам, наверное, дорого обходилось.
ГУЛЬНАРА. Один пылесос и один телевизор.
САМИР. Телевизор он собрал обратно?
ГУЛЬНАРА. Собрал. Осталось четыре детали, и он сказал, что они были лишние.
САМИР. Они и правда часто лишние.
Самир закрывает папку. Марат едва заметно выдыхает.
САМИР. Марат Тимурович, у меня всё. С моей стороны замечаний нет. Заключение уходит в половине десятого, вы его не увидите, но, скажем так, вам не о чем беспокоиться.
МАРАТ. Спасибо.
САМИР. Дальше формальности. В понедельник до двенадцати – отдел кадров, второй этаж. При себе: свидетельство о браке с апостилем, оба паспорта.
МАРАТ. Оба?
САМИР. Ваш и супруги. Она приходит вместе с вами. Это обязательно.
ГУЛЬНАРА. Обязательно лично?
САМИР. Обязательно лично. Кампус семейный, правило простое: живут только законные супруги. Ни невест, ни подруг, ни, простите, гражданских браков. Компания в этом смысле традиционная и очень последовательная.
МАРАТ. Я знаю. Я читал.
САМИР. Все читают. Но каждый третий приезжает и рассказывает мне историю про любовь.
Он встаёт. Марат встаёт следом.
САМИР. И, если позволите. Я обязан спросить формально, а не из любопытства.
МАРАТ. Да.
САМИР. Вы женаты?
МАРАТ. Регистрация завтра. Тбилиси, час дня. В понедельник свидетельство о браке будет в отделе кадров.
САМИР. Понял. Тогда завтра поздравлю заочно.
Пауза. Самир смотрит в сторону Лидии.
САМИР. Простите, я невежлив. Мы с вами так и не познакомились.
Марат мгновенно делает полшага вперёд.
МАРАТ. Это Лидия. Моя будущая супруга.
САМИР. Очень приятно.
Лидия кивает.
САМИР. Вы летите завтра вместе?
Лидия кивает.
САМИР. А как вы сами относитесь к переезду, Лидия? Два года в закрытом периметре – не всем супругам легко даётся. Чем планируете там заниматься?
Лидия машинально набирает воздух, чтобы ответить, и поднимает руку в привычном учительском жесте. Марат и Гульнара быстро переглядываются.
МАРАТ (быстро). Она очень любит тишину.
ГУЛЬНАРА. И жару. Она всю жизнь мечтала сидеть дома в жаре и молчать.
Лидия медленно поворачивает голову в никабе сначала к Гульнаре, затем к Марату. Пауза. Она медленно опускает руку обратно на колено.
САМИР. Редкое качество. А с английским у супруги как? В кампусе вся бытовая навигация на английском.
ГУЛЬНАРА. Совершенно свободно. Они на курсах английского и познакомились. Такая красивая история была.
Лидия глухо кашляет под тканью никаба.
МАРАТ. У неё лёгкий ларингит. Продуло перед дорогой, бережёт связки.
САМИР. Понимаю. Кондиционеры – зло. Значит, в понедельник в отдел кадров тоже приедете?
Лидия кивает.
МАРАТ. Приедет. Я её лично привезу.
САМИР. Хорошо.
Самир секунду смотрит на неё, потом на Марата.
САМИР. У вас смелая невеста.
МАРАТ. В каком смысле?
САМИР. В прямом. Она надела это здесь, дома, за три дня до того, как это может понадобиться. Обычно наоборот: приезжают в шортах и удивляются.
ГУЛЬНАРА. Она уважает вашу страну.
САМИР. Я вижу.
ГУЛЬНАРА. Она специально готовилась.
САМИР. Это заметно.
Он берёт папку.
САМИР. Хотя, честно говоря, у нас в кампусе большинство женщин ходит в чём хочет. Там забор, охрана и бассейн.
Пауза. Гульнара медленно поворачивает голову к Марату.
ГУЛЬНАРА. Бассейн?
САМИР. Два.
ДИНА. Мам. Дыши.
МАРАТ. Мама заботится о деталях.
САМИР. Это хорошо. Детали – это половина переезда.
Самир идёт к двери. Марат провожает.
САМИР. Такси до гостиницы вызову уже внизу. Обратный рейс у меня завтра в шесть десять утра, так что почти одновременно с вами полетим, только в разные стороны.
МАРАТ. Удачно.
САМИР. Не очень. Я две недели по филиалам туда-сюда, и все мои разговоры одинаковые. Ваш был лучше среднего.
ГУЛЬНАРА. Чаю всё-таки?
САМИР. Спасибо, нет. Я на ногах с шести утра, мечтаю добраться до подушки.
ГУЛЬНАРА. Тем более.
Самир останавливается у двери, оборачивается к Лидии.
САМИР. Лидия, был рад. В понедельник мои коллеги в кадрах вас ждут. Берегите горло.
Лидия кивает. Самир берётся за ручку двери.
Дверь открывается сама. На пороге – вторая фигура в чёрной абайе и никабе. В руке рабочая сумка.
Эпизод 9. Младшая жена
Вторая фигура делает шаг в комнату. Все стоят неподвижно. Самир отступает на полшага и придерживает дверь.
ГУЛЬНАРА. Лида?
Она поворачивается к первой фигуре, которая по-прежнему сидит у стола.
ГУЛЬНАРА. Лида, ты же вон сидишь.
ЛИДИЯ. Сижу.
ГУЛЬНАРА. Тогда кто это?
МАРАТ. Мама, погоди.
Марат делает шаг ко второй фигуре.
МАРАТ. Извините, вы к кому?
Вторая фигура проходит на середину комнаты и ставит сумку на пол. Поворачивается к Самиру и указывает рукой на Марата.
АЙНУР. Я его младшая жена.
Пауза. Долгая.
ДИНА. Айнур?
ГУЛЬНАРА. Какая младшая?
АЙНУР. Вторая.
ГУЛЬНАРА. У него нет второй жены!
АЙНУР. У него и первой нет. Но вот она сидит.
Указывает на Лидию в никабе. Самир очень аккуратно закрывает дверь и остаётся в комнате.
МАРАТ. Айнур, сними это.
АЙНУР. Зачем? Мне идёт. И размер подошёл.
ГУЛЬНАРА. Откуда ты его взяла?
АЙНУР. У вас в прихожей стоял пакет. Второй. Я подумала – это для меня. Вы же для меня покупали.
ДИНА. Айнур, я же сказала: после.
АЙНУР. Я услышала.
ДИНА. Я написала бы тебе одно слово.
АЙНУР. Я не хотела ждать слова.
Марат оборачивается к Самиру.
МАРАТ. Самир, одну минуту. Это недоразумение.
САМИР. Конечно.
Он не двигается с места. Айнур опять обращается к нему.
АЙНУР. Вы Самир?
САМИР. Самир.
АЙНУР. Из компании?
САМИР. Из компании.
АЙНУР. Тогда я к вам.
МАРАТ. Айнур.
АЙНУР. Марат, помолчи. Ты сегодня уже наговорил за меня на два года вперёд.
Она делает шаг к Самиру.
АЙНУР. Меня зовут Айнур. Я два года и восемь месяцев с этим человеком. Сегодня утром он вписал меня в вашу анкету, не спросив. Сегодня вечером он сделал мне предложение по расписанию: рейс, регистрация, апостиль. Я сказала «нет».
САМИР. Понял.
АЙНУР. Вы ничего не поняли. Я вышла отсюда в восемь вечера, а в две минуты девятого он уже вписал вместо меня другую женщину. И сидит она вот здесь, и по паспорту ей пятьдесят один год, и завтра в шесть сорок они улетают в Тбилиси по моему билету.
ЛИДИЯ. И на твоём месте у прохода.
ГУЛЬНАРА. Лида!
ЛИДИЯ. А что «Лида»? Девочка правду говорит.
Айнур снова поворачивается к Самиру.
АЙНУР. Он берёт с собой старшую жену. А младшую оставляет здесь. В пустом городе, одну, объяснять подругам, куда делся человек, с которым я собиралась жить.
МАРАТ. Никто никого не оставляет.
АЙНУР. Ты уже оставил. В две минуты девятого.
МАРАТ. Это была временная мера.
АЙНУР. Это я для тебя временная мера.
Она снова поворачивается к Самиру – и голос у неё становится ровнее, что страшнее.
АЙНУР. Самир, я вас очень прошу. Вы приехали писать про него заключение. Напишите так, чтобы он не получил эту работу.
ГУЛЬНАРА. Ты что говоришь?!
АЙНУР. Я говорю то, что думаю. Пусть не будет никакого Персидского залива. Пусть он останется здесь. Со мной.
САМИР. Вы хотите, чтобы я испортил ему контракт?
АЙНУР. Я хочу, чтобы он остался.
САМИР. Это не одно и то же.
АЙНУР. Сегодня одно и то же.
Марат подходит к ней.
МАРАТ. Айнур, ты понимаешь, что ты сейчас делаешь?
АЙНУР. Понимаю. Я тебя люблю. Это единственное, что я сегодня делаю осмысленно.
ДИНА. Ой, нет. Только не так.
АЙНУР. А как? Красиво уйти и потом два года объяснять себе, что я гордая?
ДИНА. Можно было подождать за дверью пять минут и просто поговорить.
АЙНУР. Через пять минут ваше враньё уже ушло бы в протокол. Вместе с ней.
ЛИДИЯ. Со мной он в лучшем случае дошёл бы до аптеки.
Гульнара становится между Айнур и Самиром.
ГУЛЬНАРА. Самир, не слушайте её. Это девушка Марата, они поссорились. Женщины иногда говорят лишнее.
АЙНУР. Мужчины иногда женятся молча. Это хуже.
ГУЛЬНАРА. Это моя семья, и я знаю, что здесь происходит.
АЙНУР. Гульнара Каримовна, вы полчаса назад надели на подругу никаб, чтобы обмануть человека, которому ваш сын врал весь вечер. Вы не просто знаете, что здесь происходит. Вы это сами и устроили.
Тишина.
МАРАТ. Самир. Я всё объясню.
САМИР. Не надо.
МАРАТ. Надо. Иначе вы сейчас уйдёте и напишете…
САМИР. Марат Тимурович. Не надо.
Самир проходит обратно к столу, кладет на него папку и садится.
САМИР. Давайте я задам один вопрос, и мы всё решим.
Эпизод 10. Рабочий момент
Все смотрят на Самира. Он открывает папку, но не заглядывает в неё.
САМИР. Айнур. Правильно?
АЙНУР. Правильно.
САМИР. Айнур, вы хотите поехать с ним?
Пауза.
АЙНУР. Я хочу, чтобы он никуда не ехал.
САМИР. Это я услышал. Я спросил другое. Если бы он ехал – вы бы поехали?
АЙНУР. Да.
САМИР. Хорошо.
Он делает пометку.
САМИР. Лидия. Вы хотите поехать с ним?
Лидия молчит.
МАРАТ. Она…
САМИР. Марат Тимурович, я спросил не вас.
Пауза. Лидия поднимает руки и снимает никаб. Открывается лицо.
ЛИДИЯ. Я хочу поехать. Только не с ним. Просто – поехать.
САМИР. Понял.
ЛИДИЯ. Вряд ли.
САМИР. У меня мать десять лет никуда не ездила. Я понимаю это чувство.
Он закрывает папку.
САМИР. Тогда так. Марат Тимурович, вы можете привезти обеих.
Пауза.
МАРАТ. Простите?
САМИР. Вы можете привезти обеих. Компания не возражает.
ГУЛЬНАРА. Как это – обеих?
САМИР. Обеих. Кампус семейный. Требование одно: законные супруги. Одна законная супруга, две законные супруги – с точки зрения размещения это разница в количестве спален.
ДИНА. Вы серьёзно?
САМИР. Совершенно серьёзно. У нас в кампусе три такие семьи. Одна живет уже четыре года, всё спокойно.
АЙНУР. Подождите. Вы сейчас предлагаете ему жениться на нас обеих?
САМИР. Я ничего не предлагаю. Я отвечаю на вопрос, который вы задали. Вы спросили, могу ли я помешать. Я объясняю, что мешать нечему.
МАРАТ. А заключение?
САМИР. Заключение положительное. Оно про вашу работу.
Марат садится.
САМИР. Дальше – цифры, слушайте внимательно, я повторять не люблю. Компенсационный пакет рассчитан на сотрудника и одну супругу. Перелёт, страховка, ежегодный билет домой, надбавка. Всё на одну.
МАРАТ. А вторая?
САМИР. Вторая – за ваш счёт. Полностью. Билет, страховка, всё.
ЛИДИЯ. Вот это уже похоже на правду.
САМИР. Жильё компания даёт по составу семьи. Две спальни у вас есть. Если супруг двое, подаёте заявку на трёхспальную. Она есть, там сейчас никто не живёт.
ГУЛЬНАРА. Три спальни!
ДИНА. Мам.
ГУЛЬНАРА. А что «мам»? Три спальни – это три спальни.
САМИР. И последнее, самое важное. Свидетельство о браке, которое вы приносите в понедельник, – одно. В нём одно имя.
МАРАТ. А второе?
САМИР. Второй брак вы регистрируете уже там, у нас. По месту. Это нормальная процедура, но не быстрая: справки, сроки, суд по семейным делам. Полтора месяца, если повезёт. Обычно два.
АЙНУР. То есть одна летит завтра, а вторая…
САМИР. А вторая приезжает после регистрации. Полтора месяца.
Пауза.
АЙНУР. Одна.
САМИР. Полтора месяца – это недолго.
АЙНУР. Это как посмотреть.
Самир встаёт, берёт папку.
САМИР. Марат Тимурович, у вас всё в порядке. Заключение уходит в половине десятого. В понедельник до двенадцати – кадры, свидетельство, паспорта, и та супруга, что впишется в свидетельство. Заявку на трёхспальную квартиру, если решите, пришлите тоже до понедельника, одним письмом.
МАРАТ. Хорошо.
Он идёт к двери, останавливается.
САМИР. Знаете, что меня удивило?
МАРАТ. Что?
САМИР. Я сорок минут сидел и думал: вот люди, у которых какая-то беда. Все стоят, все молчат, одна женщина в углу вообще не дышит. Я решил – болезнь, долги, что-то серьёзное.
ЛИДИЯ. А оказалось?
САМИР. А оказалось – просто логистика. Кого первой везти, кого – второй.
Он открывает дверь.
САМИР. Всего доброго. Лидия, было приятно. Айнур, было интересно.
АЙНУР. А ему?
САМИР. А ему я желаю выспаться. У него рейс в шесть сорок и, судя по всему, тяжёлая ночь.
Самир уходит. Дверь закрывается. Пять секунд никто не двигается.
ДИНА. И вот теперь начинается.
Эпизод 11. Два лагеря
Айнур стягивает никаб, но абайю не снимает. Лидия сидит с открытым лицом. Гульнара первой приходит в себя.
ГУЛЬНАРА. Ну конечно. Всё хорошо. Всё даже очень хорошо.
ДИНА. Мам, у нас в комнате две жены и ни одной свадьбы.
ГУЛЬНАРА. Зато квартира на три спальни.
АЙНУР. Гульнара Каримовна.
ГУЛЬНАРА. А что? Человек официально сказал: можно. Я его не заставляла.
МАРАТ. Мама, помолчи, пожалуйста. Мне надо подумать.
ГУЛЬНАРА. Тут думать нечего. Завтра летит Лида.
АЙНУР. Почему Лида?
ГУЛЬНАРА. Потому что у Лиды паспорт лежит на столе, билет на её имя, и она уже одета.
ЛИДИЯ. «Уже одета» – это повод пойти вынести мусор, а не лететь в другую страну.
ГУЛЬНАРА. Лида, не спорь. Ты час назад согласилась.
ЛИДИЯ. Я согласилась постоять молча сорок минут. Сорок минут прошли.
ГУЛЬНАРА. Минуты прошли, обстоятельства изменились.
ЛИДИЯ. Это его выражение.
МАРАТ. Оно точное.
Дина становится рядом с Айнур.
ДИНА. Ладно. Раз мы теперь всё решаем вслух, я скажу за свою сторону. Завтра летит Айнур.
ГУЛЬНАРА. Дина, тебя не спрашивали.
ДИНА. В этом доме никого никогда не спрашивают. Я научилась говорить без спроса.
ГУЛЬНАРА. И на каком основании – Айнур?
ДИНА. На том основании, что он её любит, а она – его. Пусть это слабый довод, но это факт.
ГУЛЬНАРА. Очень слабый. Любовь – это то, что проходит за два года в чужой стране без нормальной еды.
ДИНА. А что не проходит?
ГУЛЬНАРА. Привычка. Порядок. Человек, который знает, что он ест.
ЛИДИЯ. Гуля, ты сейчас сына сватаешь или холодильник?
Марат открывает ноутбук и ставит его на стол экраном от зала.
МАРАТ. Давайте успокоимся.
Марат печатает.
МАРАТ. Смотрите. Есть два варианта, и у каждого свои плюсы. Я их просто выпишу, чтобы не спорить на эмоциях.
АЙНУР. Ты нас сейчас в таблицу заносишь?
МАРАТ. Я заношу варианты.
АЙНУР. Столбцов сколько?
МАРАТ. Два.
АЙНУР. А строк?
МАРАТ. Пока шесть.
ЛИДИЯ. Читай вслух. Раз уж мы обе тут сидим, имеем право знать оценки.
МАРАТ. Первое. Готовность документов. У тёти Лиды паспорт действующий, я проверил срок. Айнур, у тебя паспорт где?
АЙНУР. В сумке у меня паспорт.
МАРАТ. А сумка с собой?
АЙНУР. Я шла сюда устраивать скандал. Конечно, я взяла паспорт.
ДИНА. На случай, если дело дойдет до милиции.
МАРАТ. Хорошо. Тогда по первой строке ничья.
ЛИДИЯ. Обидно. Я лидировала полторы минуты.
МАРАТ. Второе. Работа. У тёти Лиды сейчас каникулы. Айнур, у тебя проект сдаётся двадцатого.
АЙНУР. Двадцать второго.
МАРАТ. Значит, ты уходишь с проекта посередине.
АЙНУР. Я не ухожу с проекта посередине. Я его сдаю, а потом уже думаю про твою страну.
МАРАТ. Тогда по второй строке минус.
АЙНУР. Кому минус?
МАРАТ. Варианту – минус.
АЙНУР. Варианту – минус, моему проекту – плюс. Идём дальше.
МАРАТ. Третье. Язык.
ГУЛЬНАРА. Лида английский преподавала.
ЛИДИЯ. Гуля, я математику преподаю. Английский мы придумали сорок минут назад для легенды.
ГУЛЬНАРА. А мне понравилось.
ДИНА. Айнур свободно говорит. Она с индусами каждый день по два часа.
АЙНУР. Не с индусами, а с командой в Бангалоре.
ДИНА. Плюс строка.
МАРАТ. Плюс.
ЛИДИЯ. Ну хоть где-то мы честные.
МАРАТ. Четвёртое. Быт.
ГУЛЬНАРА. Вот!
МАРАТ. Мама, я ещё ничего не сказал.
ГУЛЬНАРА. Ты скажешь то, что я думаю. Лида готовит. Айнур приходит домой в десять и открывает на телефоне приложение доставки.
АЙНУР. Я прихожу в десять, потому что работаю. И, между прочим, зарабатываю побольше вашего сына.
ГУЛЬНАРА. Вот об этом и речь.
АЙНУР. О чём?
ГУЛЬНАРА. О том, что тебе он не очень-то и нужен.
Пауза.
АЙНУР. Мне он нужен. Просто не в качестве работодателя.
МАРАТ. Пятое. Сроки оформления.
ДИНА. Марат, остановись.
МАРАТ. Дина, я считаю.
ДИНА. Ты не считаешь. Ты сидишь между двумя женщинами и вслух ставишь им баллы. Это же не конкурс невест.
МАРАТ. Я сравниваю варианты.
ДИНА. Ты сравниваешь людей.
МАРАТ. Люди и есть варианты. Мне до половины десятого…
Он осекается.
ЛИДИЯ. Договаривай.
МАРАТ. Уже ничего. Проверяющий ушёл.
ЛИДИЯ. Вот именно. Проверяющий ушёл, а ты всё считаешь.
Айнур подходит к столу и закрывает ноутбук. Не резко.
АЙНУР. Марат. Посмотри на меня.
Он смотрит.
АЙНУР. Ты сейчас за этим столом сделал то же самое, что утром. Ты решил, что можешь выбирать, а мы будем сидеть и ждать результата.
МАРАТ. Кто-то же должен решить.
АЙНУР. Должен. Только не в одиночку и не в таблице.
ГУЛЬНАРА. Господи, да что вы все усложняете. Летит Лида. Через полтора месяца прилетает Айнур. Все живут в трёх спальнях. А я приезжаю к вам в отпуск.
Тишина. Все смотрят на Гульнару.
ДИНА. Мам, ты только что за одну секунду решила судьбу четырёх человек, а в придачу ещё и себе купила билеты.
ГУЛЬНАРА. Билеты я ещё не покупала.
ДИНА. Но в отпуск ты уже приехала.
Эпизод 12. Одно место
Лидия встаёт, подходит к столу.
ЛИДИЯ. Так. Марат, покажи мне билеты.
Марат подаёт ей распечатки. Лидия читает.
ЛИДИЯ. Значит, так. Рейс шесть сорок. Два места. Одно – Марат. Второе – теперь на Лидию Петровну.
МАРАТ. Да.
ЛИДИЯ. А третье?
МАРАТ. Третьего нет.
ЛИДИЯ. В смысле нет?
МАРАТ. Я брал последние два места. Я говорил.
ДИНА. Он говорил. Я слышала.
АЙНУР. А другой рейс?
МАРАТ. Другой в четверг.
АЙНУР. Через неделю?
МАРАТ. Через неделю.
Пауза.
ЛИДИЯ. Дальше. Тбилиси. Запись в Доме юстиции.
МАРАТ. На час дня.
ЛИДИЯ. На сколько человек?
МАРАТ. Двое. Жених и невеста.
ЛИДИЯ. А второй слот на завтра есть?
МАРАТ. Нет. Я брал последний свободный.
ДИНА. У него сегодня всё последнее.
Лидия кладёт распечатки на стол.
ЛИДИЯ. Ну вот. Тогда всё гораздо проще, чем ваша таблица.
ГУЛЬНАРА. Что проще?
ЛИДИЯ. Гуля, ты считать умеешь. Завтра в самолёте два кресла. В Доме юстиции одна запись. В понедельник в отдел кадров идут двое: он и та, что у него в брачном свидетельстве.
АЙНУР. А вторая?
ЛИДИЯ. А вторая, как сказал воспитанный человек в костюме, приезжает через полтора месяца. За свой счёт. Если, конечно, к тому времени ещё захочет.
АЙНУР. Через полтора месяца.
ЛИДИЯ. Или через два.
АЙНУР. Одна. Здесь.
ЛИДИЯ. Одна. Здесь. И каждый вечер думать, чем они там в трёх спальнях занимаются.
ГУЛЬНАРА. Ничем они не занимаются!
ЛИДИЯ. Гуля, я знаю, что ничем. Я говорю, о чём она будет думать.
Айнур медленно садится.
АЙНУР. Я не поеду второй.
ГУЛЬНАРА. Никто и не зовёт.
АЙНУР. Я не поеду второй ни через полтора месяца, ни через год. Я не буду человеком, которого дооформили.
МАРАТ. Айнур, это же формальность. Первая жена, вторая – это только в бумагах они в таком порядке.
АЙНУР. Марат. Всё, что ты сегодня сделал, ты сделал ради порядка в бумагах.
Пауза.
ЛИДИЯ. И заметь, девочка, я тоже второй не поеду.
ГУЛЬНАРА. Ты-то как раз поедешь первой.
ЛИДИЯ. Я вообще не поеду второй. Ни первой, ни второй – в этом смысле. Гуля, я тебе сказала полтора часа назад и повторю при всех: замуж за твоего сына я не иду.
ГУЛЬНАРА. Ты сказала – поговорим через два дня.
ЛИДИЯ. Я сказала – поговорим, если девочка не вернётся. Девочка вернулась. И, между прочим, вернулась в никабе, чего я от неё совсем не ожидала.
АЙНУР. Я тоже.
ДИНА. Тёть Лид, погодите. Вы серьёзно отказываетесь?
ЛИДИЯ. От чего я отказываюсь, Дина? От двух лет в чужой стране с человеком, который меня по имени-отчеству зовёт? От бассейна, куда я в пятьдесят один год пойду в чём? От того, чтобы каждый вечер отчитываться перед его матерью по видеосвязи?
ГУЛЬНАРА. Я не просила отчитываться.
ЛИДИЯ. Ты сказала: будешь звонить каждый вечер.
ГУЛЬНАРА. Это не отчёт. Это забота.
ЛИДИЯ. Гуля. В твоём доме это одно и то же слово уже тридцать лет.
Марат встаёт.
МАРАТ. Подождите. Тётя Лида, если вы отказываетесь, а Айнур не хочет второй – значит, завтра со мной летит Айнур.
АЙНУР. Я этого не говорила.
МАРАТ. Ты сказала, что второй не поедешь. Значит, поедешь первой.
АЙНУР. Я сказала, чего я не хочу. Ты опять услышал только вывод.
МАРАТ. Айнур, вылет в шесть сорок.
АЙНУР. Я знаю.
МАРАТ. Такси в четыре.
АЙНУР. Я и это знаю. Я твоё расписание ещё до ужина выучила.
МАРАТ. Тогда что не так?
АЙНУР. То, что за последние два часа ты дважды выбрал себе жену, и оба раза не спросив. Сначала меня, потом её. А сейчас ты хочешь выбрать в третий раз и опять сам.
МАРАТ. Я же выбираю тебя!
АЙНУР. Ты выбираешь не меня, а тот вариант, который остался.
Тишина.
ДИНА. Айнур, он идиот, но он твой идиот.
АЙНУР. Дина, не помогай.
ЛИДИЯ. Так. Всем сесть. Айнур, иди сюда.
АЙНУР. Зачем?
ЛИДИЯ. Затем, что мы с тобой сейчас две минуты поговорим. Без него, без его матери и без техподдержки.
ДИНА. Я, между прочим, на вашей стороне.
ЛИДИЯ. На чьей из двух?
ДИНА. Хороший вопрос. Техподдержка подумает.
Лидия отводит Айнур к окну. Они говорят о чём-то вполголоса. Марат делает шаг к ним.
ЛИДИЯ. Марат. Стой где стоишь.
МАРАТ. Это вообще-то мой вопрос.
ЛИДИЯ. Это вообще-то наши две жизни.
Марат останавливается.
ГУЛЬНАРА. О чём они там шепчутся?
ДИНА. Мам, впервые за вечер два человека разговаривают друг с другом напрямую. Не мешай, пожалуйста, я хочу запомнить такое редкое событие.
Эпизод 13. Предыдущая версия
Лидия и Айнур отходят от окна. Лидия впереди. Айнур за ней, всё ещё в абайе, с непокрытой головой.
ЛИДИЯ. Так. Слушайте, повторять не буду.
ГУЛЬНАРА. Лида, что вы там…
ЛИДИЯ. Гуля. Я сказала: слушайте.
Гульнара замолкает.
ЛИДИЯ. Завтра в шесть сорок летят двое: Марат и Айнур. В час дня они расписываются. В понедельник в двенадцать они вдвоём заходят в отдел кадров.
МАРАТ. Хорошо.
ЛИДИЯ. Я не закончила.
МАРАТ. Извините.
ЛИДИЯ. Второе. Марат, ты полчаса назад слышал, во что тебе обходится вторая жена. Билет, страховка, оформление, полтора месяца, пока она там ждёт бумаг.
МАРАТ. Слышал.
ЛИДИЯ. Второй жены у тебя не будет. А деньги на неё ты уже мысленно отложил, я по лицу видела.
МАРАТ. Я прикидывал.
ЛИДИЯ. Вот эти прикидки ты отдашь мне.
Пауза.
МАРАТ. В каком смысле?
ЛИДИЯ. В прямом. Не мне лично. Нам с твоей матерью. На поездку. Две недели, море, отель, где кормят. Я девять лет прошу.
ГУЛЬНАРА. Лида!
ЛИДИЯ. Гуля, помолчи.
ГУЛЬНАРА. Это неприлично.
ЛИДИЯ. Неприлично было надевать на меня никаб, чтобы обмануть человека, который приехал прямо из аэропорта.
Гульнара садится.
ЛИДИЯ. Марат. Ты у нас считаешь. Считай.
Марат открывает ноутбук, но не смотрит в него. Считает в уме, вслух.
МАРАТ. Билет туда. Страховка на два года. Пошлины и переводы. Полтора месяца съёмного жилья там, пока идут документы. Обратный билет на всякий случай.
ЛИДИЯ. Итого?
МАРАТ. Итого получается…
Он замолкает.
ДИНА. Ну?
МАРАТ. Ровно две ваши Турции. На двоих. С перелётом и с этим вашим отелем, где кормят.
ЛИДИЯ. Мне хватит одной Турции.
МАРАТ. Тогда вторая остаётся мне.
ЛИДИЯ. Вот теперь ты торгуешься как взрослый.
Марат смотрит на Айнур.
МАРАТ. Это дешевле.
АЙНУР. Что дешевле?
МАРАТ. Всё это. Чем вторая жена. Значительно дешевле.
АЙНУР. Ты сейчас объясняешь мне, что я одна выгоднее второй жены?
МАРАТ. Я объясняю, почему я согласен.
АЙНУР. Я поняла. Вторая жена тебе пока не выгодна чисто экономически.
Дина поднимает руку.
ДИНА. Можно вопрос от техподдержки? А маму кто спросил?
ГУЛЬНАРА. Вот именно. Меня никто не спрашивал.
ЛИДИЯ. Гуля, ты едешь.
ГУЛЬНАРА. Я не поеду.
ЛИДИЯ. Поедешь.
ГУЛЬНАРА. У меня Дина.
ДИНА. Мне девятнадцать.
ГУЛЬНАРА. У меня огород.
ЛИДИЯ. В этом году огорода нет, ты сама сказала.
ГУЛЬНАРА. У меня загранпаспорт не проверен.
МАРАТ. Проверен. Я вчера смотрел.
Гульнара оглядывается по сторонам и не находит, за что зацепиться.
ГУЛЬНАРА. А кто будет за ним следить там?
ЛИДИЯ. Никто, Гуля. Впервые за тридцать лет – никто.
Пауза.
ГУЛЬНАРА. Море хоть тёплое?
ЛИДИЯ. В августе как парное молоко.
ГУЛЬНАРА. Тогда не раньше десятого. До десятого я не могу.
ДИНА. Всё. Она поехала.
Айнур подходит к столу, берёт распечатку билета.
АЙНУР. Ещё одно.
МАРАТ. Да?
АЙНУР. Место у прохода моё.
МАРАТ. Я думал, мы поменяемся…
АЙНУР. Марат.
МАРАТ. Место у прохода твоё.
АЙНУР. И кольцо мы выбираем в Тбилиси. Там же всё под ключ за один день.
ГУЛЬНАРА. А это чем плохое?
АЙНУР. Оно прекрасное, Гульнара Каримовна. Просто его выбирал не тот человек.
Гульнара забирает коробочку и убирает в карман халата.
ГУЛЬНАРА. Тогда пусть лежит. Дине пригодится.
ДИНА. Мама!
Лидия начинает снимать абайю. Гульнара машинально идёт помочь.
ЛИДИЯ. Не надо, Гуля. Я сама.
Она снимает абайю, складывает её и кладёт на стол. Айнур тоже снимает свою и кладёт рядом. Две чёрные абайи лежат одна на другой.
ЛИДИЯ. А это забирайте с собой, оба размера. Пусть в чемодане лежат.
АЙНУР. Зачем?
ЛИДИЯ. Затем, что в чужой стране никогда не знаешь, что понадобится. Мне вот сегодня понадобилось на сорок минут.
Айнур поворачивается к Лидии.
АЙНУР. Лидия Петровна.
ЛИДИЯ. Что?
АЙНУР. Спасибо.
ЛИДИЯ. Не за что. И запомни одну вещь, пока не улетела.
АЙНУР. Какую?
ЛИДИЯ. Тебя сегодня выбрал не он. Тебя выбрала я.
Пауза.
АЙНУР. Я знаю. За весь вечер это самое обидное.
ЛИДИЯ. Зато честное.
Лидия берёт свою папку и сумку.
ЛИДИЯ. Гуля, я домой. Завтра позвоню насчёт отеля.
ГУЛЬНАРА. Только не с утра. С утра я провожаю.
ЛИДИЯ. С утра ты спишь. Такси в четыре, ты в четыре не встаёшь.
ГУЛЬНАРА. Я встану.
ЛИДИЯ. Я бы на это посмотрела.
Лидия уходит. Дверь закрывается.
Марат садится за стол и открывает ноутбук.
ДИНА. Опять меняешь значение поля?
МАРАТ. Возвращаю предыдущую версию.
АЙНУР. Чью?
МАРАТ. Твою.
Он печатает. Айнур смотрит на него сверху.
АЙНУР. Марат.
МАРАТ. Секунду. Надо успеть переоформить билет до полуночи.
АЙНУР. Марат, остановись.
МАРАТ. Да?
АЙНУР. Ты за сегодня трижды поменял жену в своей анкете. И Лидия Петровна права: меня сегодня выбрал не ты. Ты просто закрывал уязвимость в контракте.
Марат замирает над клавиатурой. Медленно убирает руки со стола.
МАРАТ. В десять тридцать утра я вписал тебя не потому, что горел контракт.
АЙНУР. А почему?
МАРАТ. Потому что я тебя знаю. Если бы я сначала просто спросил, без билетов и расписания, ты бы сказала «надо подумать», «у меня проект до двадцатого»….
АЙНУР. До двадцать второго.
МАРАТ. Ну вот видишь. А выбора у меня на самом деле не было. Если бы ты отказалась – я бы вообще никуда эту анкету не отправил.
Пауза. Гульнара и Дина перестают двигаться.
АЙНУР. То есть как – не отправил?
МАРАТ. Отказался бы от оффера. Мне одному в двух спальнях делать нечего. И с тётей Лидой тоже. Мне нужен был дедлайн, чтобы самому не струсить. А в двадцать ноль две я вписал тётю Лиду только для того, чтобы пережить эту проверку и за выходные вымолить у тебя прощение. Просто не успел – ты пришла раньше. И в никабе.
Пауза.
ДИНА (тихо). Ого. У него, оказывается, есть исходный код.
АЙНУР. И почему ты тогда сидел и сравнивал нас в таблице?
МАРАТ. Потому что в таблицах я понимаю лучше, чем в людях. Когда мне страшно, я начинаю считать.
АЙНУР. Тебе сегодня было очень страшно. На целых шесть строк в двух столбцах.
МАРАТ. Я идиот, Айнур. И это не предварительные данные. Это окончательные.
Пауза. Айнур смотрит на него сверху вниз.
АЙНУР. Покажи экран.
МАРАТ. Зачем?
АЙНУР. Хочу видеть, как ты удаляешь свою таблицу.
Марат нажимает клавиши.
МАРАТ. Удалил. Без возможности восстановления.
Он переключает окно в ноутбуке. Печатает, потом останавливается.
МАРАТ. Айнур.
АЙНУР. Что?
МАРАТ. Тут в анкете поле. «Отношение к заявителю».
АЙНУР. И?
МАРАТ. Что писать?
Пауза.
АЙНУР. Наконец-то ты спросил.
МАРАТ. Так что писать?
АЙНУР. Завтра в час дня узнаем.
Она садится рядом с ним. Гульнара смотрит на них, потом на чемодан, потом встаёт и начинает складывать в него выглаженную рубашку.
МАРАТ. Мам, рубашку я не беру.
ГУЛЬНАРА. В понедельник в отдел кадров пойдёшь в футболке?
Марат открывает рот и закрывает.
АЙНУР. Возьми рубашку.
Дина достаёт из кармана рулетку и с громким треском вытягивает ленту.
ГУЛЬНАРА. Никаких замеров.
ДИНА. Мам, я тебе потом чемодан помогу собрать.
Гульнара выпрямляется и не находит, что ответить. Дина приседает и тянет рулетку от двери к стене.
ДИНА. Двести сорок. Шикарно, просто шикарно.
Затемнение.
ЗАНАВЕС.
Батуми – Алматы, 2026